Катрин. Книги 1-12

На какой-то момент она потеряла дар речи. Гарэн сразу взял инициативу в свои руки. На его лице играла слабая улыбка, передергивавшая его изувеченную шрамом щеку. Эта спокойная, почти беззаботная отрешенность от обстоятельств поразила Катрин. Она почувствовала, что ей никогда не удается понять этого человека, и все же больше всего она желала именно этого — понять.

— Ты пришла, чтобы полюбоваться на то, что сделали со мной люди нашего доброго герцога? — поинтересовался он. — Ну что ж, теперь ты видишь. И если я понял тебя правильно, ты должна быть довольна. В таком случае, моя дорогая, простись со мной и предоставь меня моим размышлениям. У меня осталось не так уж много времени.

«Да что же это такое, он гонит меня! — подумала Катрин. — Он отвергает меня, как будто я неприкасаемая или прокаженная». Труднее всего ей было примириться именно с тем, что этот человек сохранил свой высокомерный тон, несмотря на цепи и всю эту унизительную обстановку; однако она поняла, что если даст волю своему раздражению, то он ни за что не будет с ней говорить. Поэтому она очень спокойно подошла к нему и села на большой камень, который, если не считать цепей и кандалов Гарэна, был единственным предметом в этом подземелье.

— Нет, — сказала она тихим голосом, втыкая факел в грязную землю около себя. — Я пришла не для того, чтобы глумиться над вашими страданиями. Вы сделали мне много зла, и за это я испытываю к вам неприязнь.

Думаю, что это вполне естественно… Я пришла только потому, что хочу, чтобы вы мне объяснили…

— Что я должен объяснить?

— Все! Наш смехотворный брак, абсурдность нашей совместной жизни. С тех пор как мы поженились, у меня все время было впечатление, что я сплю наяву, что это один из тех странных, нелепых снов, где все оказывается вполне прочно и реально, и ты думаешь, что знаешь правду, но потом все меняется и принимает самые причудливые и непостижимые очертания. Вы скоро умрете, Гарэн, а я о вас ничего не знаю. Скажите мне правду, правду о себе! Почему я никогда не была вашей женой во плоти, а только по имени? Нет, не говорите мне о герцоге! Я убеждена, что между вами было нечто большее, чем то унизительное соглашение, о котором вы мне рассказали. Я знаю, я чувствую это. Есть что-то еще; что — то, чего я не понимаю; что-то, что отравляет мне жизнь!

От неожиданного прилива чувств ее голос задрожал.

Она взглянула на Гарэна. С того места, где она сидела, ей был виден только его неподвижный профиль, неповрежденная сторона его лица, которое казалось погруженным в раздумье.

— Ответьте мне! — взмолилась она.

— Сними свою маску, — сказал он мягко.

Она повиновалась и почувствовала, что скользящий по ее щекам шелк внезапно стал мокрым.

— Ты плачешь! — сказал пораженный Гарэн. — Почему?

— Я… я не знаю.