Катрин. Книги 1-12

Разве не он сделал все возможное, чтобы создать эту ситуацию? Почему же теперь он относился к ней с таким презрением? Катрин обнаружила, что его пренебрежение трудно переносить, особенно из-за того, что последние полтора месяца она почти не видела Филиппа, занятого государственными делами и бесконечными поездками. Его страстная нежность и непрестанное покровительство, которыми он окружал ее, постепенно становились необходимыми. Именно он пробудил ее тело к радостям любви, и Катрин признавалась себе, что пережила с ним незабываемые мгновения экстаза, мгновения, которые она не отказалась бы пережить вновь и вновь.

Перрина закончила укутывать свою госпожу. Катрин в глубоком трауре была одета в черное, но ее тяжелые бархатные одежды были подбиты соболями, которые стоили огромных денег. Черная вуаль свисала с ее шляпы, украшенной по краям мехом. Короткие, подбитые мехом сапожки и черные перчатки дополняли ее строгий наряд. Катрин была тепло одета, так как мороз был очень сильным. Юная горничная, выглянув из окна, с сомнением покачала головой. Толстый слой снега лежал на крышах, а под ногами прохожих снег превращался в ледяную грязь или опасные скользкие лужи."

"Заупокойная служба в задрапированной черным церкви Сен-Шапель, казалось, длилась целую вечность. Несмотря на множество свечей вокруг алтаря и катафалка, в церкви было холодно. Изо рта у всех шел пар. Но больше всего сил отняла похоронная процессия Она стала для Катрин настоящим мучением. Процессия медленно двигалась между домами, на окнах которых были повешены черные занавеси, под заунывные звуки церковных колоколов. Ярким пятном в этой мрачной процессии выделялся гроб. Филипп настоял, чтобы гроб был таким же, какой был у его отца. Гроб везла шестерка черных лошадей, а забальзамированное тело герцогини было покрыто большим квадратным золотым покрывалом с вышитым на нем малиновым крестом. Голубые шелковые флаги, вышитые золотыми нитями, трепетали на углах катафалка, шестьдесят факельщиков и целая армия плачущих и распевающих псалмы монахов шли вокруг гроба. За ними с непокрытой, несмотря на сильный мороз, головой шел Филипп; его лицо было бледным, глаза лишены всякого выражения. За герцогом в траурном молчании шел весь двор, затем народ с флагами различных городских гильдий.

Когда Катрин впервые взглянула на герцога, сердце ее на секунду остановилось: он выглядел как манекен.