Катрин. Книги 1-12

Перрина пообещала и с поклоном удалилась. За шелковым балдахином Катрин погрузилась в глубокий сон.

Из счастливого забытья она была вырвана странным и грубым образом. Чьи-то руки схватили ее за руки и за ноги, подняли и понесли. Ее глаза, еще затуманенные сном, различали в серых сумерках занимавшегося дня темные смутные силуэты. Она с трудом узнавала свою комнату, которую, казалось, наполнили призраки. Эти призраки действовали совершенно бесшумно, и это только усиливало ощущение кошмара.

Катрин хотела закричать, чтобы избавиться от наваждения. Но ни один звук не сорвался с ее губ, и не потому, что удивительная беспомощность овладела ею из-за странного сна, а потому, что чья-то рука зажала ей рот. Она поняла, что не спит и что ее действительно похищают. Но кто? Все эти тени были в масках… Другие грубые руки с головой завернули ее в одеяло. Испуганную молодую женщину накрыла удушающая темнота."

"Она различила слабый шепот, а потом ее унесли. Мысленно она пыталась проследить путь, по которому ее тащили: галерея, лестница, ступенька за ступенькой. Два человека, которые ее несли, обращались с ней без церемоний, как с корзинкой. Она не могла кричать, потому что ей заткнули рот. Резкий порыв холодного ветра помог ей понять, что они уже на улице. Все было более чем реально, но она не могла избавиться от ощущения, что это какой-то абсурдный сон. Как могли ее похитить из этого дома, где было полно народу? Перрина, Гарен, Абу и немые стражи… Там же был Тьерселен, а ее просто унесли, как мешок, и никто ничего не сказал…

Ее куда-то бросили – должно быть, в дормез, который тут же тронулся. Катрин вырывалась так яростно, что, несмотря на опутывавшие ее веревки, смогла высвободить руку.

– Быстрее же, – прошептал чей-то сдавленный голос.

Катрин восприняла это на свой счет и, удвоив усилия, наполовину освободила голову. Она была в тележке и лежала на соломе. Занимался день… Она смогла увидеть часть улицы, совсем небольшую. Ей все загораживал человек… и этим человеком был Ландри Пигасс. Последним усилием она освободила рот и отчаянно закричала:

– Ко мне! Ландри!

Но крик замер в ее странно слабом горле. Ее похитители, должно быть, заметили, что она распутала веревки. Получив жестокий удар по голове, Катрин упала без сознания на дно повозки.

Она так и не узнала, что повозка поехала по дороге на запад.

Комната в Донжоне

Ощущение холода и страшная боль в голове привели в чувство Катрин. Крепко связанная, она не могла двигаться, но, слава богу, лицо ее было открыто. Это мало что давало, потому что во рту у нее был кляп, и, лежа на соломе на дне тележки, она видела только небо и двух сидящих рядом мужчин. Однако ее голова находилась на уровне их ног.

Никогда прежде она их не видела.