Катрин. Книги 1-12

Сожженные деревни, убитый скот, туши, оставленные разлагаться на обочине дороги, полуобгоревшие трупы, висевшие над пепелищем, — всем этим был отмечен путь двадцатилетнего юнца.

Добрые люди, которых расспрашивала Катрин, подтверждали, что это был Гонне собственной персоной. Пастухи в горах и крестьяне в долинах, казалось, сохранили в глубине своих расширенных от ужаса зрачков устрашающий образ бастарда, этого убийцы со светлыми волосат и прозрачным взглядом, у которого на ленчике седла вис топор лесоруба и отрезанная голова, обновляемая им врем от времени. Его сопровождали шесть головорезов.

Горе одинокой ферме, путнику, девушкам, возвращающимся из близлежащего монастыря или от колодца: Гонне и его люди были безжалостны.

Когда из вечернего тумана на широком позолоченном небе Лиманя внезапно показались стены Клермона, Катрин узнала, что ее разделяют с врагом всего два дня пути. Она бросилась по его следу с удвоенным пылом. К несчастью удача, которая до сих пор ей неустанно сопутствовала, казалось, отвернулась от нее. Они уже видели вдали колокольню Сен — Пурсена, как вдруг наткнулись на военный лагерь, где на ветру развевались эмблемы, самые неожиданные и самые нежелательные: красное знамя с поперечными перекладинами и полумесяцами, знаками того самого Вилла-Андра до, который, по мнению глав Орильяка, вот-вот должен был обрушиться на их город.

На самом же деле после достаточно тяжелой и довольно неудачной кампании в Лимузине главарь воров предпочел спуститься в широкую долину в Аллье, где расположился для стоянки со своим штабом в древнем полуразрушенном аббатстве. Несчастный настоятель Жак де Лу его едва выдерживал. Но выхода у него не было.

Катрин пришлось пробираться кружным путем, чтобы избежать хищных когтей Родриго.

С мрачными мыслями она удалялась в сторону Монлюсона, когда одно замечание Беранже вернуло ей бодрость духа. Со времени их отъезда молодой Рокморель в основном молчал. С лютней за спиной он следовал за хозяйкой, стараясь скрыть мучительную боль от бесконечной скачки. Тем не менее он пытался иногда скрасить путь песенкой.

Так они и путешествовали: Катрин, погруженная в собственные мысли, и юноша, перед которым открывался новый мир. Свою коротенькую жизнь он прожил между стенами Орильяка и долиной Ло.

И вот, после того как Катрин со слезами на глазах объяснила ему, почему они должны бежать от раскинувшегося перед ними города на запад, а не продолжать путь прямо север, Беранже спокойно заметил:

— Если я правильно понял, вы сказали, что Апшье в лучших отношениях с этим кастильцем, раз они заключили с ним что-то вроде клятвенного договора на горе Лоз Да, это так.

— Тогда, даже если мы будем вынуждены удлинить путь. Присутствие этого Родриго очень кстати.