Катрин. Книги 1-12

Надо будет сажать также капусту и овощи. Если наемники задержатся, апрельские работы не смогут быть проведены и урожай погибнет. Этот человек не единственный, кто готов рискнуть жизнью ради спасения земли.

— Есть другой способ, более простой для спасения Монсальви.

— Какой?

— Выдать Беро д'Апшье то, что он требует: богатств замка и…

— И вас? Какое безумие! Кто мог вам подать такую идею?

Она ему рассказала о сцене у фонтана. Аббат слушал с нескрываемым нетерпением.

— Гоберта права! — воскликнул аббат, когда молодая женщина закончила. — Ее голова лучше сидит на плечах, чем у этой бедной безумной Азалаис. Что же касается Огюстена, на нем лежит великая вина за те мысли, которыми он начинил голову этого ребенка, мысли, не подобающие ни ее положению, ни вообще разумным людям! Я давно подумываю о тайной слежке за Азалаис. Мне не нравятся ее знакомства.

— Кто же это? Какой-нибудь парень?

— Нет, это было бы просто. Это Ратапеннада. За последнее время очень часто кружевницу видели в окрестностях ее хижины. Если не поберечься и не принять меры, она способна на самые безумные поступки. Ну а вы, думаю, не дадите подорвать свою душевную бодрость разглагольствованиями этих безумцев. Поймите, если вы себя выдадите, ваш муж камня на камне не оставит от этого города. Разве вы не знаете, до какой степени страшен его гнев?

— Я знаю… да… если только он вернется!

— Опять?

Катрин опустила голову, устыдившись слабости.

— Простите меня, но я никак не могу облегчить душевную муку. Я боюсь, отец мой, вы представить себе не можете, как я боюсь. Не за себя, конечно, за него.

— Только за него? Вы нашли вашего пажа? Покачав головой, она сказала, что нет, достала из сумки у пояса платок, вытерла слезы и нос. Она понимала, что, заговорив о Беранже, аббат старался прежде всего увести ее мысли от той неведомой опасности, которой подвергался Арно.

— Я думаю, вам не следует слишком о нем беспокоиться. Возвращаясь, он должен был увидеть, что здесь происходит, и вернуться в Рокморель. Может быть, он даже предупредил мадам Матильду и к нам придет помощь?

— Это бы меня удивило. Амори и Рено почти никого не оставили дома. И по правде говоря, эта старая крепость охраняет себя сама или почти сама. Но я была бы счастлива, зная, что Беранже в безопасности.

— Пойдем, помолимся вместе, друг мой. Это лучшая защита, которую я могу вам предложить. Бог уже привык совершать для вас чудеса. Попросим его сотворить еще несколько…

Оба вошли в церковь, к месту, где молились за спасение. Ее наполняло легкое бормотание, похожее на жужжание, производимое приглушенными голосами женщин и детей, коленопреклоненных у главного алтаря. Там совершал богослужение старый монах. Легкому шепоту надтреснутого голоса вторили приглушенные голоса прихожан.