Катрин. Книги 1-12

На камине, на этажерках стояли бесчисленные колбы, склянки, баночки, реторты, стаканы. Соседняя комната, дверь в которую была открыта, сообщалась со спальней, она была обставлена подобным же образом, и оттуда доносился аромат трав, которые Абу-аль-Хаир запасал в большом количестве. Кроме того, там была большая черная печь, на которой постоянно кипели неведомые снадобья.

Но врач не впустил Катрин в ту комнату, где суетились черные рабы. Более того, он тщательно закрыл ее дверь, посадил молодую женщину на подушку рядом с камином и подбросил в него пучок веток. Они вспыхнули ярким пламенем. Он достал с этажерки медную шкатулку, ножницы и вернулся к молодой женщине, которая немигающими глазами смотрела на танцующие языки пламени.

– Позволь мне отрезать прядь твоих чудесных волос, – ласково сказал он.

Она молча ответила жестом, показывая, что он может делать все, что угодно. Он остриг возле левого уха золотую прядь, подержал ее немного в кулаке, глядя на балки потолка и произнося вполголоса непонятные слова, невольно заинтриговавшие Катрин, наблюдавшую за его действиями.

Внезапно он бросил прядь в огонь, добавив щепотку порошка из шкатулки. Простирая руки над пламенем, которое разгоралось все сильнее, становилось жарче и отливало великолепным зеленовато-голубым светом, он произнес своего рода заклинание. Затем наклонился к камину, пристально вглядываясь в огонь. В этой большой комнате, увешанной коврами, было слышно только потрескивание огня. Абу-аль-Хаир, возвысив голос, заговорил необычно торжественным тоном:

– Дух Зороастра, хозяина прошлого и будущего, говорит мне голосом огня, его божественного проводника. Твоя судьба, о молодая женщина, велит пройти тебе через ночь, прежде чем выйти к солнцу, как поступает наша мать-земля. Но ночь глубока, и солнце еще далеко. Чтобы дойти до него, а ты дойдешь, ты должна запастись мужеством, которого тебе пока недостает. Я вижу трудности, кровь… много крови. Мертвые вехами стоят на твоем пути, как огненные алтари на Персидской горе. Любовь тоже… но ты идешь мимо… все время мимо. Ты сможешь стать почти королевой, но ты должна все отбросить, если действительно хочешь добиться счастья…

Катрин закашлялась. Она почти задыхалась в сернистом дыму, выбивавшемся из камина. Предсказание производило на нее впечатление, и она тихо спросила:

– Правда, счастье еще возможно для меня?

– Самое большое, самое полное… но… как странно… Послушай, ты прикоснешься к этому счастью, когда увидишь, как горит хворост в костре палача…

– Палача?

Абу-аль-Хаир отбросил свою величавую строгость и вытер пот со лба широким рукавом.

– Я не могу тебе больше ничего сказать. Я видел солнце над большим костром, где горело человеческое тело.