Катрин. Книги 1-12

Но потом… Опустошенные земли, разоренные, сожженные деревни, истребленный урожай, обугленные развалины, полуразложившиеся трупы, оставленные без погребения, заброшенные монастыри, снесенные замки, в том случае, если их стены не были достаточно сильны, чтобы оказать сопротивление банде, оскверненные колодцы, распираемые сваленными туда трупами, все беды были следами тех, кого называли живодерами.

Они были еще более жестокими, чем когда-то Большие Компании, появившиеся несколько недель спустя после подписания Аррасского договора, который положил конец войне Франции с Бургундией.

Это были люди войны, находящиеся на службе у того или другого военачальника. Мир для них означал спокойствие и размеренную жизнь, которой они не желали. Вкус к приключениям, невозможность найти другие способы к существованию, привычка к жизни за счет разбоя и грабежа превратили наемные войска в безжалостных бандитов, разбойников с большой дороги.

Это были французы, немцы, испанцы, фламандцы или шотландцы, но все они разбойничали вместе, и королевство, которое уже так пострадало от войны, теперь страдало еще больше от мира.

Аррасский договор был для них всего лишь клочком бумаги. С жадным аппетитом они бросились на бургундские земли, громко заявляя как бы для очистки совести, что этим Аррасским договором король обворован. Но был и лучший предлог: у англичан еще оставались некоторые крепости, и якобы с целью их атаковать они опустошали страну.

Но бургундская сторона имела своих живодеров.

Наученная опытом, Катрин старалась избегать опасных мест, которые хорошо знала. Помимо нескольких передышек в больших аббатствах или укрепленных городах, она выбирала кружные или заброшенные дороги.

Самыми опасными были леса. В них скрывались несчастные крестьяне, покинувшие сожженные дома и лишенные всех средств к существованию. Они вели дикую жизнь, становясь волками еще в большей степени, чем те животные, у которых они оспаривали пропитание.

Дважды Катрин и ее спутники были обязаны жизнью быстроте их лошадей. Третий раз Готье пришлось выбросить за собой мешок с собственной провизией под ноги группе заросших волосами и покрытых лохмотьями полулюдей, полупризраков, которые бросились их догонять.

– Иначе пришлось бы обнажить меч, – пояснил он Катрин. – Я заметил детей среди этих бедняг…

Не раз молодой человек умолял Катрин повернуть обратно. Но Катрин ничего не хотела слышать.

Споря, прячась, выискивая укрепленный город, в котором можно было немного передохнуть, они добрались наконец до Шатийонского леса. Им оставалось покрыть всего три лье, когда разразилась драма.

Трое путешественников ехали через лес вдоль маленькой речки, которую Катрин хорошо знала. Это был Ожин, чьи воды заполняли рвы замка Эрменгарды.