Катрин. Книги 1-12

Она выиграла и теперь с поспешностью шла за хозяином дома через лабиринт коридоров и залов замка. На сей раз, вместо того чтобы повести молодую женщину наверх, хозяин дома направился к подвалам. Узкая дверь, скрывавшаяся среди голубых керамических плиток парадного зала, открыла доступ к винтовой лестнице, которая уходила в недра земли. Эта лестница освещалась множеством факелов. Ступеньки были низкие, широкие и удобные, толстый шелковый шнур, прикрепленный к стене, позволял держаться за него рукой. Даже стены здесь были затянуты вышитым полотном. А уж пышность и торжественность зала, которым заканчивалась лестница, ошеломляли. Достаточно было взглянуть на драгоценные ковры на стенах, парчовые подушки, лежавшие на стульях, на золотой стол, на котором стояли инкрустированные драгоценными камнями кубки и дорогие кувшины, на прибывшие из Китая шелковые ковры, разбросанные по красному мраморному полу, и позолоченные торшеры с целым лесом длинных белых свечей, и тогда можно было догадаться, что дон Алонсо, конечно, часто и подолгу бывал в этой комнате, перебирая содержимое того или иного ларца из благоуханного кедра или сандала, с золотыми гвоздиками и заклепками, либо сундуков, отделанных раскрашенной и позолоченной медью. Все они были снабжены крепкими бронзовыми замками.

В конце комнаты виднелась дверка, и за ней Катрин заметила помещение гораздо более сурового вида, где на большой кирпичной печи кипела жидкость, наполнявшая высокую реторту, соединенную длинным змеевиком с огромным медным тазом, в котором что-то дымилось. Это, конечно, была лаборатория алхимика. Вдруг ее сердце замерло, губы пересохли. Она заметила у одной из тонких колонок зеленого мрамора, поддерживавших свод, суровую фигуру Фра Иньясио. Стоя перед одним из открытых ларцов, таинственный монах изучал исключительной величины топаз. Он так был поглощен своим занятием, что даже не повернул головы, когда дон Алонсо и Катрин вошли в комнату, где хранились сокровища. Он обернулся, когда его хозяин положил ему руку на плечо. Катрин оцепенела, вновь увидев при ярком свете лицо своего первого мужа. Она почувствовала, как на лбу проступил пот, кровь прилила к сердцу. Почувствовав, что задыхается, она нервно сжала руки, пытаясь унять возбуждение. Не замечая, какая буря всколыхнула сердце его гостьи, дон Алонсо сказал несколько слов Фра Иньясио, который в знак согласия кивнул головой. Потом Дон Алонсо повернулся к молодой женщине:

— Вот Фра Иньясио, госпожа Катрин. Это мужественный человек и вместе с тем, по истине святая душа, но его изыскания в алхимии, направленные на изготовление драгоценных камней заставляют других монахов смотреть на него как на колдуна. У меня он обрел спокойствие и возможность сосредоточиться.