Катрин. Книги 1-12

Что и говорить, им ведь не стоило попадаться на глаза приближавшейся процессии, которая тянулась из монастыря. Запыхавшиеся, с бешено стучавшими сердцами, четверо заговорщиков оказались со своей ношей под козырьком боковой двери церкви. Луна освещала двор, но вдоль стен собора широкая черная тень могла, их спасти.

— Последнее усилие, — радостно прошептал Ганс, — и мы на месте. Быстро к дому!

Через несколько мгновений низкая дверь дома строителей тихо затворилась за ними. Обессиленная, но пребывая наверху блаженства, Катрин рухнула на край колодца. После чего, более не в состоянии сдерживать себя, она разразилась рыданиями.

Глава шестая. КОНЕЦ ГРЕШНИКА

Поступая мудро, Ганс, Жосс и Гатто дали Катрин выплакаться до конца. Они перенесли Готье под навес, куда каменотес складывал глыбы песчаника или травертинского туфа. Они положили Готье на солому, наскоро собранную Гатто, и принялись осматривать его. Опомнившись, Катрин мигом перестала плакать, вытерла глаза и пошла на поиски своих друзей. Она чувствовала себя невероятно легко. Слезы пошли ей на пользу, она даже освободилась от ощущения физической усталости. Для нее было такой радостью освобождение Готье от жестокого дона Мартина! Даже, несмотря на то, что сделана была только половина работы.

Но радость Катрин померкла после первого же взгляда на большое распластанное тело Готье. Он был худ, ужасающе грязен, и если глаза у него иногда открывались, серый взгляд оставался безразличным, тусклым. Когда этот взгляд останавливался на молодой женщине, в нем не возникало никакого признака удивления. Напрасно Катрин наклонялась над ним и звала по имени, нормандец смотрел на нее все так же безучастно.

— Может, он сошел с ума? — беспокоилась молодая женщина. — Он вроде ничего не помнит. Наверное, он очень болен. Зачем же тогда вы отнесли его сюда, а не в кухню?

— Потому что скоро настанет день, — ответил Ганс. — А когда Уррака встанет, совсем не нужно, чтобы она его увидела.

— Не все ли равно, раз она глухая!

— Глухая, да! Но не слепая, не немая и даже, может быть, не такая уж глупая, как кажется. Мы поухаживаем за этим человеком, обмоем, оденем как следует, поддержим его силы настолько, насколько это нам удастся. Потом настанет день. И тогда нужно будет как-то вывезти его из города, и быстрее.

— Но как же увезти его в таком состоянии? Что же с ним делать по дороге?

— Увезти его! — сурово обрезал Ганс. — На этот счет я дам вам совет. Потом, мадам Катрин, это уже будет ваша забота. Я не могу ни последовать за ним, ни оставить его здесь. Это значит рисковать собственной головой и головами всех моих людей… Более того, если я вам помог из-за симпатии к вам и ненависти к дону Мартину, я все же не намерен оставить работу, которую здесь выполняю.