Катрин. Книги 1-12

С тех пор как его не стало, я – тело без души, и это, безусловно, хорошо, потому что позволит выполнить задачу, поставленную мной.

– В чем эта задача?

– Не имеет значения! Но она может стоить мне жизни. В таком случае помните, Жак Кер, что от вас зависит будущее Мишеля де Монсальви, моего сына, и молитесь за меня! Прощайте, мой друг!

Стягивая свое манто, развевавшееся на ветру, Катрин повернулась, чтобы присоединиться к Саре и брату Этьену. Скорбный протест Жака долетел до нее, как дуновение ветра:

– Нет, Катрин, не прощайте, а… до свидания!

Ее лицо под капюшоном искривила гримаса: те же самые или почти те же самые слова она кричала на пустынной дороге в Карлате, обезумевшая от страданий, но настойчивая в надежде, которая не хотела умирать. Те же слова, да… но лишенные мученья. Беспокойная жизнь снова захватит Жака, как только поворот дороги их разъединит. И очень хорошо, что это будет так!

Она наклонилась к Саре, сидевшей на камне и кутавшейся от холода, протянула руку, помогая встать, и улыбнулась брату Этьену.

– Я заставила вас ждать, простите меня! Мэтр Кер просил передать вам привет. А теперь нам пора в дорогу.

Не говоря ни слова, они отправились в путь. Кривая дорога спускалась к пруду. Появившийся месяц рисовал на воде муаровые дорожки. Сев на лошадь, Катрин посмотрела назад. Слабый свет позволил ей различить силуэт Жака, плащ которого полоскался на ветру. Не оборачиваясь, он скакал в гору. Катрин вздохнула и распрямилась в седле. Эта сентиментальная слабость, проявленная ею, будет последней до падения Ла Тремуя. В опасном дворцовом мире, куда она направлялась, не было места для подобной слабости.

Королевские рыцари"

"Стоя перед глубоким проемом окна замка в Анжу, Катрин рассеянно смотрела на улицу. Она была такой усталой после многодневного путешествия, что совсем потеряла интерес к окружающей жизни. Недавно, когда вместе с Сарой и братом Этьеном они достигли берегов Луары, она едва не упала в обморок от голода и истощения.

Последние двенадцать дней они продвигались через провинцию Лимузен, охваченную голодом и разорением, через Марш и Пуату, где кровавые следы английского разбоя были видны повсюду. Путников подстерегали холод, бандиты, голодные волки, завывавшие вблизи деревенских околиц и амбаров, служивших Саре, брату Этьену и Катрин убежищами. Питание стало проблемой, и каждый раз поиски еды, которой было все меньше и меньше, превращались в сложную операцию. Если бы не было монастырей, открывавших свои ворота перед братом Этьеном, и охранной грамоты королевы Иоланды, Катрин и ее спутники наверняка умерли бы от голода, так и не добравшись до Анжу. Молодая женщина наивно думала, что в герцогстве Анжу, любимом краю Иоланды, все эти кошмары кончатся.