Катрин. Книги 1-12

— Отчего же?

Дровосек расхохотался.

— Оттого, что лучше не встречаться со мной в лесу, когда в руке у меня добрый топор. Вы меня врасплох застали, а так я один стою десятерых, мессир капитан, говорю без хвастовства!

— Ну, рассказывай. Что ты делал в этом доме? Кто тебя оглушил?

— Сам я себя и оглушил! Вы же меня еще не допрашивали. А теперь я скажу, что знаю… потому что вы капитан короля. Я думал, вы из наемников, потому и остерегался.

Ла Гир пожал плечами, с трудом сдержав улыбку. Приходилось и наемником бывать, когда война брала передышку В конце концов, он был создан для этого ремесла! Но тайные мысли Ла Гира нисколько не заботили Катрин. Изнывая от нетерпения, она сама стала расспрашивать пленного.

— Что вы делали в этом доме? Вы знаете, что там произошло?

— Да, — мрачно ответил Готье.

И, бросив на Катрин взгляд, в котором опять сверкнуло пламя, начал рассказывать:

— В этом доме жили Маглуар и Гийомет. Я их двоюродный брат. Заходил к ним, когда в лесу становилось уж слишком голодно. У этих несчастных была добрая душа, и никому они не отказывали в куске хлеба. Я был у них, еще спал, когда утром пришел какой-то человек. Одет он был бедно, но все равно выглядел как знатный господин… Это сразу чувствуется. Он дал Гийомет золотую монету и спросил, не найдется ли у нее немного молока. Этот английский золотой показался Гийомет странным, она стала выспрашивать, но путник ничего не пожелал объяснять. Сказал только, что нездешний, работал в Руане и пробирается к своим родным. Было видно, что он не лжет, и Гийомет предпочла поверить, хотя что-то в нем настораживало. Слишком уж он гордо держался для такого бедняка. Да и золотую монету в наше время не часто увидишь. Гийомет уже собиралась пойти в хлев подоить корову, как вошли те… гнусные твари, звери, живодеры! За разговором никто не заметил, как они подкрались к дому.

Ла Гир, схватив пленника за рубаху, стал с бешенством трясти его.

— Кто такие? Ты их знаешь?

Однако могучему капитану, несмотря на всю его силу, трудно было бы справиться с великаном. Даже со связанными руками Готье высвободился с легкостью, едва заметно поведя плечами."

"— Еще бы мне их не знать! Я видел их штандарт. Это были люди Ришара Венабля, английского живодера, стервятника, зверя в сто крат худшего, чем сам Сатана, его повелитель. Логово свое он устроил в пещерах Ориваля и в развалинах замка Роберта-Дьявола. Тяжкое это было зрелище… Бедная Гийомет! Бедный Маглуар!

— А ты, стало быть, не шелохнулся, когда над ними измывались?

— Как бы не так, — проворчал дровосек, и глаза его зажглись недобрым огнем, — нечего меня оскорблять попусту! Венабль недосчитался четверых, и это моих рук дело. Но они навалились на меня вдесятером, оглушили, связали… и тогда я притворился мертвым.