Картофельное счастье попаданки (СИ)

Я почему-то знала, что мне нужна была именно она, та самая.

Я вышла на улицу в таком опустошении, что мне захотелось просто сесть на ступеньки крыльца. И я непременно сделала бы это, если бы на мне было простое платье. Но на мне было голубое шелковое — слишком дорогое для того, чтобы подметать им тротуар. И вместо этого я зашла в кондитерскую «Сдобная пышечка» и потратила три медяка на покупку трех пирожных с нежным сливочным кремом. И одно из них съела на обратной дороге к Рыночной площади. Но поднять мне настроение не смогло даже оно."

"Дженнингсы как раз укладывали пустые корзины в экипаж. Рут слегка побранила меня за такое транжирство, но пирожное всё-таки взяла и, как мне показалось, съела его с большим удовольствием. Кип тоже поначалу пытался отказаться от сладости («Съешьте его сами, мадемуазель!»), но в итоге не устоял и он.

Я видела, как они устали за эти два дня. На Рыночной площади было жарко и шумно. А ведь они всё это время провели на ногах! И я решила, что вечером приготовлю ужин сама. Ну, что я, в самом деле, не сумею пожарить рыбу и настругать овощи для салата?

Но ужин нам пришлось отложить, потому что возле наших ворот нас ожидали два всадника, в которых я узнала тех самых ужасно неприятных друзей герцога Марлоу. Один из них — тот, что был помоложе, — спустился со своей лошади с большим трудом. Его сапог был порван, а ткань брюк чуть ниже колена пропиталась кровью.

— Нам сказали, что это дом ведьмы! — он сделал неловкое движение, вскрикнул от боли, и с губ его сорвалось ругательство. — И если ведьма это ты, то я желаю, чтобы ты немедленно вылечила мою рану! Ну что же ты стоишь? Неси скорей своё зелье!

Он смотрел прямо на меня и отнюдь не просил, а требовал! Он требовал того, чего я не могла ему дать. Потому что я понятия не имела, каким зельями Констанция лечила раны.

Глава 21— Я не ведьма, сударь! — ответила я. — Ведьмой была моя мать, но ее уже нет с нами.

— Хватит болтать! — невежливо оборвал он меня. — Если твоя мать была ведьмой, значит, ведьма и ты!

У него была на удивление приятная наружность — светлые волнистые волосы, голубые глаза, правильные черты лица и пухлые губы. Было даже странно, что такую внешность получил человек, столь отвратительный внутри.

— Простите, господин, — Рут выступила чуть вперед и поклонилась ему, — но у моей госпожи нет разрешения на то, чтобы заниматься магической деятельностью. Вот у ее матушки оно было. Позвольте я просто промою и перевяжу вашу рану, и тогда вы сможете доехать до города и получить помощь там.

Это было отличное решение, но оно не получило его одобрения. Напротив, он еще больше разозлился.

— Ты что, не видишь, что я истекаю кровью? Простая перевязка тут не поможет! И мне нет никакого дела до ваших разрешений — просто сделайте то, что нужно.