Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

Конечно, все три порывались поехать с нами, но у Маши и Ады были все признаки ранней стадии беременности, а Таню вместе с Полей, как на уроках русского языка я окрестил Пенелопе, я попросил за ними присмотреть. А Даша очень любила деда и отца, и я не мог ее не взять, ведь когда она их еще увидит?

Вскоре дорога, на этом участке повторявшая изгибы широкого ручья, находившегося справа от нее, вышла в предгорья. Слева простирались обширные луга, а с другой стороны, сразу за ручьем, начинались заросли благоухающего мирта, крупные белые цветы которого чередовались с синими ягодами. Пели птицы, порхали разноцветные бабочки, а где-то в синей вышине кружили хищные птицы – то ли орлы, то ли ястребы, я в них не особо разбирался. Казалось, идиллия, но что-то заставило меня на обеденном привале проверить крепление автомата к седлу и наличие двух запасных магазинов в разгрузке, которую я надел на бронежилет.

Минут через двадцать пение птиц неожиданно приумолкло, и я, попутно выхватывая автомат из крепления и вставляя в него магазин, поскакал вперед – туда, где, несмотря на мои просьбы, верхом ехали Массинисса и Микивса.

– Берегитесь! Там, возможно, засада! – закричал я и поспешил загородить названого деда и тестя.

Но три раза тренькнула тетива, и я сумел словить лишь один болт, пребольно ударивший мне в бок, но не пробивший пластины бронежилета. Крикнув Даше, чтобы она посмотрела за дедом и отцом, я соскочил с коня и дал очередь туда, где мне почудилось движение. Конечно, нужно было беречь патроны, но не в этом случае.

Из кустов послышались крики, сопровождаемые звуком ломающихся веток, – кто-то пытался уйти. Я бросился в ручей и, увязая в иле, с трудом сумел перебраться на ту сторону. Еще один болт ударил в мой бронежилет и вышиб на секунду дыхание, но я все равно проломился в кусты и увидел там двоих. Один был без движения, зато другой судорожно пытался перезарядить свой арбалет. Я со всего размаху дал подошвой сапога по руке, державшей оружие, а потом прикладом по голове, чтобы оглушить, после чего стянул с него пояс и связал ему руки сзади.

Тем временем хруст веток все отдалялся, и я понял, что был как минимум еще один нападавший. И он ушел – я вряд ли его догнал бы. Полдюжины нумидийцев из нашего сопровождения присоединились ко мне, и двое схватили несостоявшегося убийцу – я еле-еле успел крикнуть: «Он нужен живым!» – а еще двое побежали в погоню. Я же вернулся к своим.

Микивса был ранен в ногу, а Массинисса, увы, в бок, причем болт засел весьма глубоко. Я мысленно отругал себя за то, что так и не смог уговорить моих спутников пересесть в карету, в которой их сложнее было бы достать, или хотя бы надеть доспех: они меня высмеяли, сказав, что мы едем по своей земле и ничто нам не угрожает.