Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

Глаза Массиниссы сверкнули, и он сказал:

– Именно так римляне произносили имя моего покойного племянника, которого по-нашему также именовали Югартен и в честь которого Мастанабал назвал своего сына. Ну что ж, все, по-моему, ясно… Вот только где он, этот «Югурта»?

– Скорее всего, он ушел вместе с римлянами, дедушка. Но есть надежда, что рано или поздно мы его найдем, – сказал я преувеличенно бодро, хотя про себя подумал, что, если Югартен уйдет в Рим, то так просто мы его не получим.

– Я тоже на это надеюсь, внучок. А мне пора вернуться в Кыртан.

– Дедушка, тебе необходим отдых для выздоровления. Сначала здесь, потом я доставлю тебя в Карт-Хадашт. И только когда я увижу, что твоей жизни ничто не угрожает…

– Хорошо, давай пока сделаем именно так. Но я хочу умереть именно в Кыртане.

– Дедушка, тебе еще слишком рано думать о смерти.

– Нет, внучок. Я никогда не верил, что она меня заберет, но сейчас, боюсь, все может измениться. Мне уже девяносто лет, да и сил после болезни и после ранения – и телесного, и тем более душевного – стало намного меньше.

– Ладно, дедушка, потом поговорим. А пока выздоравливай.

От гарнизона Нефера, как я уже рассказал, остались рожки да ножки – всего лишь два десятка человек из примерно тысячи трехсот. Так что мы десять дней оставались в крепости, дожидаясь нового гарнизона. Что было мне на руку – мне очень хотелось, чтобы Массинисса хоть немного окреп.

Но сначала прибыла делегация из города Лепкей-Кытона. Находился этот город около тридцати парс к югу от Нефера. Как мне рассказал Ханно, город этот был относительно молод – основали его всего лишь около двух с половиной веков назад. Но история его изобиловала различными событиями, увы, в основном позорными для Карт-Хадашта.

После Первой Пунической войны карт-хадаштский Совет отказался выплатить наемникам, которых в армии пунов было множество, обещанные деньги. Тогда наемники взялись за оружие, и поначалу успех был на их стороне. Но тогдашний карт-хадаштский военачальник, Хамилькар, разбил их армию при Лепкей-Кытоне, после чего часть наемников бежала из страны, а другие, такие как прадед моей Танит, были обращены в рабство.

Сын Хамилькара Ганнибал, возвращаясь из Италии, высадился именно в этом городе, после чего был разбит при Заме после предательства Массиниссы. Но город успел запросить сепаратного мира у римлян и был передан ими нумидийцам, хотя Кыртан согласился на его автономию с выплатой ежегодной, пусть весьма немалой дани – город был слишком далеко от основных нумидийских земель.

Нужно сказать, что город отказался пускать римский флот в свою гавань, ссылаясь на решение Массиниссы не вступать в войну с Карт-Хадаштом.