Михаил Карпов

Я помню, как еще при Горбачеве свободно меняли однокомнатную квартиру на новые «жигули» ВАЗ-2016, в просторечии «шоху». Это потом уже поняли ценность жилья, но тогда казалось — дармовые квартиры будут всегда.

Вычищать нужно эти Авгиевы конюшни. Не скажу, чтобы я так уж любил Сталина, но тут так и хочется сказать: «Сталина на вас нет!». И тут же понимаю — репрессиями ничего не сделаешь. Массовыми репрессиями. Нужен жесткий контроль, нужно выявлять воров, взяточников, расхитителей и жестко их карать! Жестко! Не взирая на лица и должности!

И опять же — вон, Китай, расстреливают расхитителей, и что? Меньше их становится? Одного расстреляли — на его место становится другой. И снова ворует! Видимо человеческая суть такова — не может он, чтобы не украсть. Ну, вот никак не может! И я не знаю, как можно остановить этих людей. Что такое надо сделать, чтобы они перестали хапать! Не гений я, что бы там не думали мои товарищи. Моего разума тут не хватает.

— А она и правда красивая баба! — вдруг усмехнулся Аносов — Но не очень умная.

— С чего вдруг — не очень? — подозрительно покосился я на друга.

— А чего вдруг она на меня глаза положила? На старого коня? Ну, вот нафига я ей нужен? И ресторан оплатит, и все такое… И смотри как откровенно: «Я бы хотела с вами посидеть в ресторане, поговорить…я так одинока! Не откажите мне в любезности, проводите меня в ресторан! Я все оплачу, не беспокойтесь!» Чего она от меня хочет, как думаешь?

Я хохотнул, подмигнул Аносову:

— Чего-чего…ты еще молод, чтобы знать об интимных отношениях мужчин и женщин! Вот подрастешь…

— Тьфу! — фыркнул Аносов — Вот не только внешне ты молодеешь! Молодая дурь в голову лезет! Я серьезно тебе говорю — может у нее какие-то планы? Ну…о которых мы не знаем? Подозрительно это.

— План у нее один, и он очень коварный — ухмыльнулся я — Затащить тебя в постель и там над тобой неоднократно надругаться. Очень подозрительный план!

— Да ну тебя… — вздохнул Аносов, искоса взглянул на меня и замолчал. А я продолжал переключать передачи выехав на главную дорогу, и не стал комментировать его «да ну». А что я могу сказать? Что ради того же эксперимента внедрил в сознание Берты мысль о том, что она обожает Аносова? Что хочет его видеть каждый день, и просто…хочет?

Эксперимент, как я сейчас увидел, удался в полном объеме. Берта рассказала мне обо всем, что тут, в Геленджике происходите, вскрыла всю систему взяток, поборов и хищений, о которых она знала, а знала она очень много.

А еще, я проверил одну мыслишку, которая не давала мне покоя: можно ли методом Зинаиды заставить человека тебя полюбить. И выяснил: можно. Так не в этом ли таится секрет моей любви к Зине, которую я так и не смог забыть! Хотя она мне и дала отставку…

От некоторых знаний только лишь один вред.