Михаил Карпов

И я стараюсь этой самой Правды придерживаться, насколько хватает сил. А вы, неуважаемые…просто идите лесом. Барабан на шею! Воняйте себе на рутрекерах, флибустах и иже с ними. Больше-то вы ничего не умеете, кроме как вонять. Бездари несчастные.

Эх, Стругацкие, Стругацкие…сколько интересных, искрометных книг вы могли бы написать! Я бы мог подсказать вам кое-что о будущем, и вы бы точно прослыли провидцами, великими футурологами! Но не хочу. Я в вас разочарован. Я вычеркнул вас из своей жизни навсегда.

И как оказалось — рано я вычеркивал. Буквально через десять минут Стругацкие снова появились за столом. Сели на стулья, помолчали под взглядами слегка оторопевших моих соседей, а потом Борис сказал, обращаясь ко мне:

— Приношу свои извинения. Я был груб с вами. Но вы очень уж сильно задели за живое. И мы признаем наличие у вас некого дара предвидения. Почему бы и нет? В истории были такие люди, и не один. И сейчас есть! Ванга ведь существует! Вы верите в то, что она может предвидеть?

— Сложный вопрос — хмыкнул я, подумав секунды три — Большинство из ее предвидений работа болгарских спецслужб, собирающих досье на посетителей этой женщины. Но судя по тому, что я слышал — она все-таки что-то умеет. Иначе…иначе не смогла бы собрать такую аудиторию. У меня есть теория на этот счет. По ней — вокруг Земли существует некое информационное поле, в которое отправляется вся информация, которую человек накапливал всю свою жизнь. Некий информационный банк. И если уметь к нему подключаться… Способности человеческого мозга до конца не исследованы, и есть теория, что мы использует только десять процентов его мощностей. Скорее всего, это ерунда, но…откуда берутся гении? Откуда — гениальные счетчики, или люди, которые помнят все, что услышали и увидели за всю свою жизнь? Кстати — я сам такой, не гениальный счетчик, нет — у меня абсолютная память. Так что я помню все, что читал или слышал. Вообще — все. Что касается предвидения…а вдруг информационное поле может проникать и сквозь время? И так можно считывать информацию на годы, десятилетия вперед? Кстати, дарю идею романа — напишите про человека, который после катастрофы вдруг начал видеть будущее! А ему никто не верил. Его называли аферистом, глупцом, преследовали, и…а вот не знаю, что дальше. Убили? Нет. У меня есть правило — главный герой никогда не умирает.

— А почему? — заинтересовался Аркадий.

— В самом деле, почему? — поддержал Борис.

— Я считаю, что после прочтения романа у человека должно быть хорошее настроение. И не признаю никаких оптимистических трагедий. Герой должен жить! И все тут. Могут умереть второстепенные герои, могут умирать герои третьего плана, но главный герой всегда жив! Человеку нужен позитив, неприятностей ему и в жизни хватает.