Михаил Карпов

Вообще-то что в советское время, что в демократической России адвокаты, собственно, нужны для двух дел: первое, и не самое главное, – юридически грамотно составить нужную бумагу. Иск, ходатайство и все такое прочее.

Второе, и главное, – уметь зайти в кабинет власть имущих и дать им хорошую взятку. К следователю, к прокурору. И к судье, если уже дошло до суда. Вот и этот крючкотвор был явно из числа умеющих находить контакты. Не умеющие находить контакты адвокаты влачат совершенно жалкое существование и пробавляются только тем, что распечатывают типовые исковые заявления для клиентов, желающих вести свое дело самостоятельно. За сущие, в общем-то, копейки.

– Здравствуйте, Михаил Семенович! Я ваш адвокат, Трушин Семен Михайлович. Я буду вас защищать, следить за тем, чтобы не были нарушены ваши права.

Он обернулся к сопровождающим и холодным тоном попросил милиционеров выйти:

– Пожалуйста, дайте мне поговорить с клиентом! Вам же ЗВОНИЛИ, чтобы вы не мешали!

Я немного опешил от слова «звонили». Кто звонил? Куда звонил? Зина, что ли, старается? Вот я не помню – в 1970 году допускали адвоката к клиентам на стадии задержания? Это же не 2018 год, тут торжество советского закона, а по нему – хрен тебе, а не адвокат, пока дело не передано в суд. По крайней мере, я так это все запомнил. Но могу и ошибаться! В моем времени скоро без адвоката и воришка-карманник разговаривать не будет.

Дверь захлопнулась, и мы остались наедине с адвокатом. Он присел рядом со мной на деревянный лежак (слегка поморщившись) и тут же, как говорится, взял быка за рога:

– Вы убили Ольгу Филатову?

Я посмотрел на него как на идиота и не сказал ни слова. Тогда он торопливо достал из кожаного портфеля лист бумаги, протянул мне, а когда я взял, вынул из кармана книжечку-удостоверение:

– Смотрите. Я адвокат. Меня наняла Зинаида Михайловна. Я представляю ваши интересы. Вот соглашение, подписанное ею. Итак, вы убивали Филатову или нет?

– Нет!"

"Я не стал возмущаться. Он не идиот и работает правильно. И правильно решил, что я могу подумать, будто адвокат подставной. Я не знаю точно, как должно выглядеть соглашение между адвокатом и клиентом, но подпись Зинаиды соответствует оригиналу, это точно. Я знаю ее подпись. А Зине я верю.

– Хорошо! – продолжил адвокат, шлепнув рукой по лежаку и тут же покосившись на ладонь так, как если бы после шлепка у него на руке образовался чумной бубон.

Брезглив наш юрист-то, зело брезглив!

– Рассказывайте, в чем вас подозревают. И вообще – все, что касается этого дела. И побыстрее. Мне нужно все уладить как можно скорее – если вас отправят в СИЗО, вытащить оттуда гораздо сложнее. У нас ведь так просто не сажают, вы же знаете.

Я рассказал ему все, что знал, плюс свои соображения.