Михаил Карпов

Перед глазами только картинка – Михаил и поле битвы!

Зинаида Михайловна осторожно положила ногу на ногу и совершенно незаметно поерзала на месте, вроде как меняя положение тела, напряглась… еще… И вдруг… оргазм! Яркий, потрясающий, такой, какого у нее не было уже много лет!

Видимо, Зинаида Михайловна застонала, схватилась за живот – она уже не могла контролировать себя, захлестнутая яростным потоком, до краев залившим ее мозг. И только когда заметила вокруг себя встревоженных ординаторов, взяла себя в руки, попыталась успокоиться, не обращать внимания на то, как дергается в судорогах ее напрягшийся, затвердевший, как доска, плоский живот.

– Что с вами?! – испуганно спрашивала Катя, подавая ей стакан воды. – Выпейте! У вас приступ? Почечные колики?! Зинаид Михалн, миленькая, давайте я кого-нибудь позову!

– Кого ты позовешь, девочка? – через силу улыбнулась Зинаида Михайловна. – Вы и сами врачи. Все в порядке. Колика, да. Бывает. Поеду-ка я домой, там поработаю. И отдохну. Напоминаю, Петя сегодня дежурит!

Нет, парень не сказал ничего вроде: «Жалко, что ты не сдохла!», это было бы слишком. Но на его самодовольной, нравящейся девушкам слащавой физиономии что-то такое все-таки промелькнуло.

Сюда Петю пристроила знакомая из горкома комсомола, полезная женщина со связями. Но терпеть выходки этого парня Зинаида Михайловна больше не хотела. Черт с ней, с этой бабой, – обойдется и без нее. Есть знакомые и покруче. Большой потери не будет.

Открыла машину, уселась и минут пять сидела не двигаясь, вспоминая, что с ней сегодня произошло. А потом начала смеяться. Вначале тихонько хихикая, потом все громче, громче, и скоро уже в голос хохотала, прекрасно понимая, что это истерика и что ей нужно остановиться. Но как только перед глазами вставали физиономии сотрудников, подчиненных – тут же снова начинала хохотать, приговаривая:

– Колики! Почечные колики! Да знали бы вы… Ах-ха-ха!

Но все-таки в конце концов успокоилась. Опустила стекла в дверцах – чтобы опустить пассажирское, пришлось буквально лечь на сиденье, – широкая эта «Волга», зараза! Хорошо, что приступ истерического смеха напал на нее, когда стекла были закрыты – никто не слышал. Вот бы потом слухи пошли! Мол, спятила Макеева! Набралась от психов!

Вот только в машине было жарко, как в парной. Сразу-то не открыла, ошеломленная происшедшим с ней, забыла, а когда начала смеяться – пот потек по лбу, по щекам, так что сейчас ее лицо представляло собой нечто подобное маске африканского бога. Потекла тушь, размазались румяна и пудра. Ужас, что с физиономией сделалось!"

"Ну и одежду теперь – сразу в стирку.