Михаил Карпов

А ножи не их! Они тут ВСЕГДА валялись! В общем, обычная прокачка будущих разговоров со следователем и судьей. Только вряд ли это прокатит – хозяйка квартиры настроена решительно (и слава богу!).

Узнал я и то, как негодяи попали в квартиру. Марья Сергеевна их не пускала, так они дождались, когда та выглянет в коридор, да на ее плечах в квартиру и ворвались. Кстати, тоже очень замечательный факт – это вообще-то разбой называется. Ворвались, с ножами, ограбили, избили, ну и все такое прочее.

А потом приехали менты, которых вызвала Мария Сергеевна. Меня и Олю с хозяйкой квартиры опрашивали на месте, потом скопом отвезли в отдел – предварительно отправив туда шестерых отморозков, так и не закрывавших поганых ртов все время, пока они были рядом с нами. А говорили злодеи только об одном – что найдут меня, мою «сучку», что выйдут с зоны и посчитаются – и с мамашей, стукачкой ментовской, тоже. Что точно не прибавило им доброжелательного отношения со стороны приехавших ментов.

Выяснилось, что один из этих моральных уродов вообще в розыске – за убийство собутыльника, деньги вроде как не поделили. Урод собутыльника прирезал и скрылся. Полгода искали, найти не могли. И вот погляди-ка – нашелся!

В отделе снова опросили – мы дали объяснения происходящему. Я честно рассказал, что защищался с помощью вот этих палок (их захватили с собой как вещдок) и что превышения самообороны не было, ведь злодеи были с ножами, это и докажет любая экспертиза, осмотрев отпечатки пальцев на рукоятках ножей. Где взял палки? А на лестничной площадке валялись! Может, злодеи и принесли?"

"Продержали нас до полуночи. Из отдела я позвонил Зинаиде и сказал, что задержусь до утра – Оля и хозяйка квартиры боятся оставаться одни после такого стресса. На что Зинаида довольно-таки холодно ответила, что я могу делать все, что считаю нужным. Ну а я посчитал нужным этой ночью успокоить Оленьку всеми доступными мне способами, кроме особо экзотичных, требующих специальной подготовки. Что и проделал, после того как мы прошлись по улицам города прямиком до квартиры Марии Сергеевны. Транспорт уже не ходил, по причине глубокого ночного времени, а вызвать такси в этом времени было настолько проблематично, что и думать об этом позабудь. Да и шагать не так уж и далеко – по Октябрьской, по Мичурина, до Братиславской, ну и вниз, до самого дома.

Мария Сергеевна без всякого неудовольствия восприняла известие, что я «молодой человек» ее квартирантки и теперь буду время от времени к Оле приходить, так сказать, навещать. Баба Маня спокойно ответила, что дело молодое (я чуть не закашлялся) и что она все прекрасно понимает. Только чтобы кровать не сломали – больно уж я большой и тяжелый.