Каролина

Казалось, хозяева только что вышли и вот-вот вернутся: изящная прялка у широкого окна, выходящего на фасад дома, словно ждала свою владелицу. Пол украшали два вязаных коврика: один с узором из осенних цветов, другой — с орнаментом. Занавесок на окнах не было, лишь на самом вepxy висели полоски гофрированной ткани с фестонами. Широкие подоконники, очевидно, использовались в качестве сидений. Дождь нещадно барабанил по тонкому оконному стеклу.

— Очень предусмотрительно со стороны Джеймса подготовить для нас камин, — заметил Алекс, поджигая поленья.

Вскоре в очаге уютно потрескивал огонь. Алекс набрал углей в каминный совок и направился в соседние комнаты. Каролина, устроившись у огня на сосновом ларе, снимала мокрую обувь. Тепло очага наполняло ее блаженством. Девушка с наслаждением протянула ноги к огню и пошевелила пальцами. Вошедший Алекс, увидев это, усмехнулся:

— Вам удается превращать обычные действия в исключительно приятное зрелище, cherie. Может, хотите переодеться во что-нибудь сухое? Элизабет оставила в доме немало своих вещей, а у вас с ней примерно один размер.

Каролина вскочила, босиком побежала вслед за Алексом и с любопытством заглянула в большую спальню. Там стояла огромная кровать под балдахином и с драпировками в голубых и оранжевых тонах. Но, словно не заметив ее девушка побежала прямиком к дальней стене и восторженно вскрикнула, заметив небольшую кровать в алькове, встроенную в стену наподобие шкафа. Каролина быстро взбежала по лесенке из трех ступенек на кровать.

— В жизни не видела, ничего уютнее! А можно нам здесь спать? — спросила она, поглядывая на Алекса.

— Нам?! Дитя мое, если бы я разделил с вами эту постель, поверьте, мы едва ли заснули бы в эту ночь. Кроме того, я уверен, что в большой кровати вам будет гораздо удобнее. Позвольте мне как джентльмену занять эту… хм, этот чулан.

Уязвленная его сарказмом, Каролина упрямо вздернула подбородок. По внезапной жесткости, появившейся в глазах Алекса, она догадалась, что допустила какую-то неловкость, но его реакция рассердила ее.

— Нет! Я хочу спать в этой кровати! Большая как раз впору вам.

Несколько мгновений Алекс пристально смотрел на нее, потом спокойно ответил:

— Что ж, прекрасно. А теперь пойдите и переоденьтесь во что-нибудь сухое, как подобает хорошей девочке. Не хватало мне еще иметь на руках больного ребенка.

Каролина почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы, а в горле вдруг застрял ком, не давая глотнуть. Ее ранил не столько смысл слов Алекса, сколько тон, каким они были сказаны. Ну почему он все время обращается с ней, как с ребенком, словно она какая-то недоразвитая дурочка? Девушка смахнула слезы и слезла с кровати, сделавшись вдруг страшно неуклюжей.