Карма. Том 1

Ну, главное, что сын жив, а значит, есть надежда, что набитые шишки станут баллами опыта.

– Ладно, отлеживайся, – командным тоном велел Стрелок. – Продолжим разговор завтра. И только посмей оказаться вне зоны доступа, паршивец бессовестный! Все, спокойной ночи.

– Ага… – Кай немного посидел за столом, тупо глядя на потухший видеофон, пока не понял, что еще чуть-чуть – и он на этом месте утром и проснется, с тяжелой головой и затекшим телом.

Если до разговора с отцом он чувствовал себя всего лишь отвратительно, то теперь еще и полным дураком.

– У-у-у… – Кай заполз под одеяло уже на собственном, не кибернетическом автопилоте и запоздало нашарил подушку не руками, а ногами.

Но разворачиваться не стал. В этом было даже что-то успокаивающее, уютное, из детства.

Кай честно дождался контрольного созвона, но сразу после него собрал в сумку свои поредевшие пожитки, выписался из мотеля и прямым ходом двинул в космопорт. Он был уже сыт Шебой по горло, даже не стал заходить в магазин за новой курткой, хотя из верхней одежды у него осталась только клетчатая байковая рубашка.

Угрюмый светловолосый парень ничем не выделялся из толпы пассажиров, разве что одет малость не по погоде. Но на пограничном контроле его опять завернули в комнату для личного досмотра – в присутствии штатного андроида, разумеется.

– Что, уже обратно? – подозрительно сказал пограничник, сверившись с базой данных.

По прилете Кая досматривал другой человек, постарше и попротивнее. На вопрос: «И что ты у нас забыл?» – киборг так же неприязненно брякнул: «Хочу прогуляться по местам боевой славы!» – что обернулось столь долгой и дотошной проверкой багажа, словно там был вагон вещей, а не единственная сумка. «Боевая слава» киборгов на Шебе закончилась до «рождения» Кая, что было ясно из его документов, – зато пограничник, похоже, успел хлебнуть ее с лихвой!

Поэтому сейчас киборг ограничился сдержанным: «Угу».

– А чего так быстро?

– А чего в вашей дыре делать? – таки не выдержал Кай.

Пограничник вызова не принял, вернул паспортную карточку и даже вымученно пожелал «счастливого полета». Киборг тоже буркнул что-то нейтральное, жалея о своей вспыльчивости. Нет, перед человеком не стыдно, просто Кай до последнего опасался, не настигнет ли его тяжелая рука закона. Вот на фига было дополнительно под нее лезть?!

Но, как Кай и думал, потрепанные им поганцы не посмели обратиться в полицию.