Караван

Байсо сначала не собирался ничего рассказывать, все же Шрам взял его брата в ученики, но услышав, что Шрам напал на Шена, решил, что больше не станет никого покрывать.

Джин Фу вскинул бровь:

— Вот как? Рассказывай.

На несколько секунд в фургоне повисла тишина. Затем Джин Фу вкрадчиво спросил:

— И давно ты об этом знаешь?

— Со вчерашнего вечера.

— Тогда почему я не узнал об этом вчера? — голос торговца был вежлив и холоден.

Байсо с опозданием сообразил, что он ляпнул.

— Эмм, ну, Шрам — учитель Шена, и я не хотел…

— Не хотел, чтобы твой брат умер, проткнутый копьем? Не хотел, чтобы погиб кто-то в караване? Не хотел расстроить своего учителя? — Джин Фу подчеркнул слово «своего». — Или боялся, что твой братик обидится на тебя? Мальчишка, ты умеешь расставлять приоритеты? Чему я тебя учу?

Байсо испуганно смотрел на разозлившегося учителя, он впервые повысил на него голос.

— Зеленый знает? — спросил Змей.

— Д-да, — пробормотал мальчик, — я сам ему и сказал, он бы никогда не догадался.

— То есть он не разбирается в том, как действует смолка на человека?

— Шен вообще мало разбирается в таких вопросах. Но смолка же вроде вина, только ее не пьют, а жуют.

Змей посмотрел на Джин Фу, дождался его кивка и вышел из фургона. Торговец же оперся о единственную сохранившуюся подушку, взял любимую кружку, кинул в нее щепотку травяной смеси, налил воды, затем дождался, пока отвар закипит, и принялся пить его маленькими глоточками. Байсо долго не мог понять, почему вода закипает прямо в кружке, а потом понял, что секрет объясняется просто — внутри толстого дна кружки находится плоский огненный камень, который при подаче небольшой порции Ки нагревает содержимое.

Торговец не торопился, спокойно вдыхал насыщенный травяной аромат и, казалось, не обращал внимания на мальчика, сидевшего перед ним. Наконец, кружка опустела, Джин Фу оставил ее в сторону со вздохом разочарования и лишь после этого сказал:

— Я не буду спрашивать, откуда ребенок из якобы богатой семьи знает про смолку. Мне лишь любопытно, как ты понял, что тот человек использует именно ее.

— Я точно не знал, просто предположил. Шрам стал вести себя странно после того, как Добряк наказал его за Шена, а если бы он пил, то Добряк бы точно заметил это. В лесу проще всего найти смолку. И от него пахло хвоей.

— А ты знал, что долгое употребление смолки вызывает параноидальные мысли?

— Ощущение, что все против тебя, что замышляют что-то плохое, что вокруг одни предатели. Так как у Шрама в караване был лишь один друг — твой брат, то и паранойя оказалась направленной против него. Молчание могло дорого обойтись тебе.

— Но Шрам же пару дней назад всего начал ее жевать! В городе он только… — тут Байсо осекся.