Карамазов. Книга 3

В центре ее на высоких сваях-пнях стояла большая ладная изба. И выглядела она так, словно ее срубили только вчера. Над сложенной из кирпича трубой вился дымок. А вдалеке, за поляной, между деревьев серебрилась лента реки. Такой широкой, что другой ее берег терялся в тумане.

Иванушка остановился на краю поляны, рассматривая дом:

— Даже не изменился за столько-то лет, — протянул он. — Мы пришли. Держите, князь.

Дружинник достал из кармана вышитый мешочек и протянул мне:

— Передайте хозяйке дома. И скажите, что старый знакомец хочет должок вернуть.

Я послушно взял мешочек и уставился на Иванушку в ожидании дальнейших инструкций.

— Эй, изба, повернись к лесу задом, а ко мне передом, — крикнул парень. А дальше случилось странное.

Нет, изба не стала двигаться. Но в бревенчатом торце проступил силуэт дверного косяка. А затем дверь распахнулась, и кто-то вытолкнул старую деревянную лестницу, которая уперлась в поросшую густой травой землю. И при виде этого зрелища, Виктор отшатнулся и, как мне показалось, побелел.

— Дальше придется одному, — произнес Иванушка. И в его голосе, как мне показалось, прозвучала тревога. — Ягиня не станет принимать всю делегацию.

От этих слов отчего-то стало не по себе. В горле встал ком, а по спине пробежали холодные мурашки. Но другого выхода не было. Я кивнул.

Ступеньки заскрипели, когда я начал подъем. И мне показалось, что лесенка-чудесенка сейчас развалится. Но она выдержала мой вес. Я ухватился за порог, встал и шагнул в проем дома.

Глава 5 Ягиня

Внутри, изба была грязной. Словно здесь что-то горело и стены с потолком закоптились до черноты. Пол оказался завален мусором, будто кто-то нарочно намел сюда всякого с улицы. Серые доски рассохлись, то тут, то там виднелись большие щели. Но на удивление, из них не тянуло холодом. Потолок зиял дырами, в которых копошились летучие мыши. Я остановился на пороге и схватился за дверной косяк. Мерзкий запах тлена от гниющей еды на столе смешался с неуместным ароматом сдобы. И это показалось странным, неправильным.

Из-за разваленной на две части печи выбрался огромный комок меха, оказавшийся котом, который уселся посреди разгромленной комнаты и посмотрел на меня янтарными глазами. Лохматый зверь принялся мыть лапу, и я с удивлением отметил, что животина была на редкость ухоженной. Шерсть была черной, блестящей и расчесанной, без колтунов. А морда казалась уж больно откормленной и довольной.

— Покажи ему, если достоин… — прозвучал тихий голос.

И в этот момент ко мне двинулся котяра. Страха я не испытал, хотя пушистый обитатель избы был мне едва не по колено ростом. Когти цокали по полу, выбивая из досок щепки, а в глазах горели хитрые искры.

Не успел я попятиться, как мягкие лапы встали мне на грудь.