Тёмное прошлое. Пальмовый дневник каракала полиции

Хоть ты полиции каракал, а она преступница. Вы две мои подруги любимые.

Не дожидаясь ответа, медоедка разворачивается и уходит, шаркая лапами по песку.

Вечер 7-го дня ярбакед, в который объявляется всеобщая охотничья стойка

18:15

Показания медоедки не впечатлили львов."

"– Я не вижу повода отменять казнь, – сказал Лёвыч. – Раз суслица виновата, пусть её казнят твои дружки барсуки в своём барсучьем лесу. Ну а мы тут пока казним суриката. Он явно её сообщник. Жена и муж всегда заодно.

– Что ж тут явного? – я с трудом сдержалась, чтобы не выщелкнуть когти. – С какой стати «всегда»? Где доказательства?!

– Не нужны тут доказательства. Достаточно стадной мудрости: «Самка с самцом – один хвост кольцом». Слыхала, вольная самка саванны?

– Я не опираюсь в своих расследованиях на стадную мудрость.

– Очень зря. От этого – твои профессиональные неудачи. Всегда нужно слушать стадо, – лев Лёвыч мотнул хвостом. – Аудиенция закончена.

– Я требую аудиенции у Царя.

– Ты? Требуешь?! – он недобро ухмыльнулся. – А ты не оборзела ли, часом, кошка саванны?

– Я нижайше прошу встречи с Царём зверей.

– Царь очень занят. И я тоже занят: пора на казнь суриката, а меня ещё даже не вылизали.

18:30

До заката остаётся менее получаса, и солнце саванны лежит на линии горизонта, как гигантский перезревший плод манго, упавший с Великого Древа и обнаживший своё огненное нутро под лопнувшей шкурой. Сама же шкура, переливающаяся алым и розовым, заслоняет всё небо.

Под этой манговой шкурой даже песок на площади кажется красноватым, и Страшная Яма похожа на воспалённый зев в разинутой глотке хищного зверя. Там, в глотке, сидит маленький сурикат, взявший на себя чужую вину. Сурикат так мал по сравнению с этим солнцем и с этим небом, с этой площадью и с этой ужасной ямой, спроектированной так, чтобы в неё помещался слон (вдруг придётся казнить слона?). Он настолько мал, что увидеть его на дне можно только склонившись над краем ямы. Именно это они и делают – все те звери, что добровольно участвуют в казни, закапывая маленького суриката в песок. Прежде чем швырнуть свою законную горсть, они с любопытством заглядывают в Страшную Яму – и видят суриката на дне. Они выглядят немного разочарованными: сурикат такой маленький, что просто мечется по дну, уворачиваясь от их горсток.

Звери движутся вокруг ямы жутким медленным хороводом, кидая песок по очереди. Таково распоряжение Прайда: до заката закапываем в медленном темпе, малыми порциями и по одному. Звери в хороводе нетерпеливо поглядывают на солнце: ну когда оно уже, наконец, закатится и им можно будет закапывать не по горсточке и не по очереди, а по велению сердца – помогая себе копытами, и рогами, и хвостами, и лапами, всем миром, дружно и разом?

Я тоже смотрю на солнце.