Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

 – Давай быстренько слетаем и вернемся, даже охрану не возьмем, ну, Жень?

– Я тебе дам – не возьмем охрану! Думать забудь! – отрезал он. – Тот, кто завалил Ромашина, знал, что там была ты, мало ли что случиться может. Вспомни, столько раз было: не берешь охрану и попадаешь!

– И берешь охрану, все равно попадаешь, – сказала Марина весело. – Вставай, бугай чертов, поехали!

– Да я-то тебе зачем?

– О-па! А ты что, уволился? – удивленно повернулась Коваль к нему, стоя на пороге ванной.

– Нет. Но у меня выходной.

– И кто ж его тебе дал-то, болезный мой?

– Я не прошу ничего, я все беру сам! В том числе и тебя! – зарычал шутливо Хохол, срываясь с постели, хватая Марину в охапку и засовывая под ледяной душ. Она визжала так, что во дворе зашлись лаем собаки…

Через два часа Коваль была уже в салоне, лежала на массажном столе и расслаблялась под умелыми руками массажиста Виталика.

– Запустили вы себя, Марина Викторовна, – сетовал он, разминая ее спину и плечи. – Да и нога опять плохо двигается.

Она порой даже сама забывала о том, что правая нога так и не пришла в порядок после тяжелого ранения в позвоночник, и комплексов по этому поводу давно не испытывала, потому за помощью к массажисту обращалась крайне нерегулярно и бессистемно. Хромота была почти незаметна, хотя трость свою Марина и не забросила, а Женька любил ее любую и совершенно не выносил, когда кто-то напоминал о ее больной ноге. Вот и сейчас, сидя в углу кабинета в кресле, он моментально вскинулся:

– Ты давай руками работай, а не языком чеши, умник!

Виталик вздрогнул – он прекрасно знал, как больно может вывернуть руку Маринин телохранитель.

– Поворачивайтесь, Марина Викторовна, – проговорил он, и Коваль легла на спину. Виталик нервно сглотнул – она лежала перед ним почти совершенно голая, если не брать в расчет узкую голубую полоску стрингов.

– Ну, что замер? – поинтересовалась Марина. – Работай дальше.

Краем глаза она заметила, как прикусил губу Хохол, наблюдая за скользящими по ее телу руками массажиста.

– У вас такая кожа нежная, сразу синяки, – заметил Виталик, поливая ее массажным маслом.

– Так ты аккуратнее, чтобы не оставались, – дружелюбно посоветовал Хохол. – А то ведь синяки дело заразное, враз и сам посинеешь.

Марина захохотала, не вынеся его юмора:

– Виталик, все в порядке, Женя шутит!

– Да если бы! – вздохнул Хохол…

Словом, Виталик был только рад, когда Коваль, наконец, закончила процедуру и встала с его стола.