Капучинка

Любовь Прокофьевна проводила взглядом удаляющиеся широкие спины. В потом в изумлении смотрела, как главврач городской больницы торопливо, перескакивая ступеньки, бежит к сидящим около девчонки в коридоре людям.

— Яков Алексеевич, добрый вечер, — начал заискивающе говорить главврач.

— Ни хрена доброго не вижу, — заметил этот самый Яков Алексеевич, — Утомляешь. По существу.

— Пока оперируют, много переломов, и приличное сотрясение, — приступил к отчету начальник Любови Прокофьевны, — разрыва внутренних органов нет. Кажется, сильный ушиб почки.

— Кажется или как? — перебил Яков Алексеевич.

— Отбита, — поправил сам себя доктор, — И ребра сломаны. Два ребра. И трещины есть. Трещин много.

— Позвоночник что? Ходить сможет? — не терпящим возражения тоном произнес мужчина.

— Пока не понятно, но повреждений позвоночника нет, — ответил главврач, — Нужно ждать, что хирурги скажут.

— Сейчас приедут специалисты, помогут, — невозмутимо произнес Яков Алексеевич, — Держите меня в курсе.

Мужчина мотнул головой врачу, мол, свободен. На удивление Любови Прокофьевны ее начальство беспрекословно подчинилось и торопливо умчалось из вида.

Ай-да мужчина, с ноткой зависти мысленно поцокала языком медсестра. Ей бы хоть кусочек от такого.

Глава 17

Белый глянцевый потолок резал глаза. Игнат смотрел на это размытое пятно, смутно понимая, где он и что с ним. А потом в одно мгновение все вспомнил. Попытался подскочить на ноги, не смог. Его хватило только на то, чтобы повернуть голову на какой-то сантиметр в сторону.

— Жена… где моя жена? — кажется, прокричал он, но на деле вышел хриплый едва различимый шепот.

— Пацан, не дергайся, — разобрал Игнат знакомый голос Андрея Андреевича, — Жива, здорова, ни царапины.

— Слово мужика? — хрипло изрек Игнат.

Андрей Андреевич шагнул ближе, склонился над парнем.

— Слушай, Игнаш, — спокойно проговорил врач, — Лежи смирно. Наслаждайся внеплановым отпуском. А мы пока соберем тебе кости в кучку.

Игнат послушно отключился. Но где-то на задворках сознания маячила хорошая новость. Ни царапины. Здорова. Жива.

======

Стены нежно-персикового цвета и глянцевый потолок в тон стенам оказались первым, что увидел Игнаша, открыв глаза. Вопреки ожиданиям, боли не было. Но все тело было ватным, чужим. Только в голове набатом бился пульс и давило виски.

Взгляд лихорадочно прыгал по палате, пока не замер на хрупкой фигурке, укрытой цветастым платком и на косичках, собранных в тугой пучок.

Игнаша понял, что улыбается. Не обманул Андреевич, и вправду с Капучинкой все хорошо.

Вместе с осознанием ситуации пришла и боль. Сначала будто отголосками, накатывала волнами, и с каждой минутой боль становилась сильнее. Но Игнаша терпел. Ерунда, мелочи все, главное, с женой все хорошо.

Жена….