Капля красивого яда (ЛП)

Сожаление о том, что произошло, потому что то, что это был несчастный случай, не освобождает его полностью от вины. Но ничего нет. Ни одной слезинки не было пролито по унесенной жизни.

Ссоры происходят все чаще и чаще, становясь частью нашей повседневной рутины. Он говорит, что я придираюсь, и, может быть, так оно и есть. Но я ничего не могу с собой поделать. В голове постоянный беспорядок, и я пытаюсь уцепиться за ту жизнь, которая у меня когда-то была, но я даже не уверена, что эта жизнь существует. И даже не уверена, что она вообще может существовать.

Сегодня утро среды, и я наконец заставляю себя рассказать Хейсу о том, что обедаю с мамой Монти. В последнюю минуту, я знаю, но я решила, что если он будет пытаться отговорить меня от этого, то так мне не придется выслушивать его долго. Он поднимается наверх и видит, что я одета, хотя знает, что сегодня у меня нет работы.

— Ты идешь со мной в бар, детка?

Ну, вот и все. — Нет. У меня есть планы до того, как мне придется быть на катке.

На самом деле он, кажется, доволен тем фактом, что я выхожу из дома, когда в этом нет необходимости, но я уверена, что это ненадолго. — О, да? Встречаешься с Мали?

— Нет. Мали сегодня работает. — Я делаю паузу. — Вообще-то я собираюсь пообедать с миссис Роллинз.

Все его движения прекращаются. — Миссис Роллинз? Как мама Монти, миссис Роллинз?

— Мм-хм. — Я стараюсь звучать как можно более беспечно.

Он поворачивается ко мне лицом, и я не уверена, хочет ли он кричать, плакать или паниковать. С другой стороны, это, вероятно, все три сразу. Он изо всех сил старается сохранить самообладание, медленно дыша.

— Ты уверена, что это хорошая идея? — Спрашивает он. — Давление от этого немного перебор, не так ли?

Я пожимаю плечами. — Возможно, но я уже сказала ей, что приду.

— И что? Притворись, что ты больна.

— О, чтобы она расстраивалась еще из-за чего-то в своей жизни прямо сейчас? Нет, спасибо.

Его пальцы заплетаются в волосы, и он дергает. — Что, если ты сломаешься, находясь там? В последнее время тебя вряд ли можно назвать стабильной. Что, если ты оступишься и скажешь что-то, что противоречит нашей истории? Как ты не видишь, какая это колоссально плохая идея?

С каждым его вопросом я становлюсь все злее. — Ты прекрати вести себя так, будто я какая-то гребаная девица в беде?

Он раздражается. — Ну, в последнее время ты не показала мне ничего другого. Лейкин, ты ничего не должна этой женщине.

— Разве это не так? — срываюсь я. — Ее сын мертв! Тело мальчика, которого она родила, любила и вырастила, прямо сейчас разлагается в океане! И это если оно вообще еще цело. Меньшее, что я могла бы сделать, это пообедать с ней и обменяться несколькими историями, чтобы она запомнила его.

Он ходит взад-вперед по комнате.