Раскалённый капкан. Ставка на выбывание

— А что не так?

— Может ты забыл, но я не только акционер корпорации, председатель совета директоров, но и председатель комитета по стратегии!

— У меня тоже много регалий. Будем буквами мериться?

— Они подадут иск, мы будем вынуждены заплатить неустойку и издержки. Это ни черта не маленькая сумма!

— Судиться с нами? — рассмеялся Бажин. — Себе дороже. Наши юристы оспорят любые иски.

— А репутация тебя уже не волнует?

— Волнует. Но что-то мне подсказывает, что моя репутация не пострадает.

— Ты не можешь решать такое в одиночку! — бессильно бушевал Юдин.

— Могу. А если ты посмеешь поставить мое решение под сомнение, я компрометирую тебя как председателя перед советом директоров.

Гарантирую.

— Ты хочешь вступить со мной в открытую конфронтацию? — зло и вкрадчиво спросил Юдин.

— По-моему, ты жаждешь, чтобы я так и сделал. Ты этого всеми силами добиваешься! — Бажин надвинулся на него, сбросив с лица невозмутимую маску. — Ты заигрался! Нельзя трогать то, что мне принадлежит! То, что принадлежит мне, трогать нельзя! За это можно поплатиться! — рявкнул он.

Юдин отшатнулся от него и пошел к двери.

— Станислав Игоревич, пресс-релиз о том, что мы расторгаем соглашение о намерении купить акции металлургического комбината, должен выйти уже сегодня! — намеренно громко приказал Бажин, чтобы Юдин не смог это игнорировать. — Это вопрос острой важности! Возьмите его под личный контроль!

Юдин сжал челюсти и бросил на Романа недобрый взгляд.

Не каждый день можно увидеть, как прокурор города сначала бледнеет как простыня, а потом покрывается неровными красными пятнами.

— Ей-богу, я тебе сочувствую, — усмехнулась Ольга Коновалова, с удовольствием наблюдя за происходящими с бывшим любовником метаморфозами, — тут впору выбирать голова или погоны. Я бы выбрала голову.

Насонов вытер ладонью повлажневший лоб и скованно приник к спинке стула. Кто такой Бажин и какое он имеет влияние, ему прекрасно известно. Кому захочется переходить дорогу крупнейшему частному инвестору, интересы которого лоббируют высшие государственные чины?

— Я даже не знаю, кто заказчик, это не моя инициатива, — упрямо замолчал прокурор, пожевывая губами.

— Милое признание. Тогда я тебе сочувствую вдвойне, — ухмыльнулась Коновалова. — Максим Александрович, ты никогда не был глупым человеком, поэтому должен понимать, что я пришла поговорить с тобой лично только в память о наших прошлых отношениях. Виталий Эдуардович очень зол, но, если ты назовешь имя, я попытаюсь его успокоить. Я сейчас решаю не проблемы Бажина, у него проблем нет. Зато у тебя большие проблемы. Вы его женщину подставили. Она чистая, с кристальной репутацией. Умная, талантливая, воспитанная. А вы, как шлюхи последние, на заказ сработали.