Раскалённый капкан. Ставка на выбывание

 — Скупая улыбка сошла с лица, щеки затвердели.

— Я бы на твоем месте на этот счет вообще не беспокоился, — возразил Мелех. — Никакого резонанса не будет. Силовики сами все утрясут и будут у тебя в ногах валяться, чтобы ты не дергался. Если бы знали, что Машка твоя, ее бы вообще никто тронуть не посмел. Сработано слишком грубо, что меня особенно удивляет.

— Грубо, потому что времени мало было на подготовку.

— Кто?

— А ты не догадываешься?

— Догадываюсь.

— Тогда, Роман Георгиевич, давай и мы начнем кого-нибудь удивлять. Самое время дарить ответные подарки. — Нажал кнопку селектора: —Ирина, свяжитесь с господином Шумаевым и попросите о личной встрече.

— На какое время, Виталий Эдуардович?

— На любое удобное для него время и в любом удобном для него месте. Жду. Когда союзников остается все меньше, самое время вспомнить о врагах, — ответил на молчаливый вопрос в глазах Мелеха.

— Юдин этого не оценит, — холодно улыбнулся Роман.

— Очень на это надеюсь. Я тоже не оценил, что мою Маню в каталажку загребли. Это он зря, очень зря. — Помрачнел, представив, в каком Маша сейчас находится отчаянии и как ей плохо, но тут же охладил свое воображение, чувствуя, как закипает от этой мысли.

— Шумаев будет тянуть время.

— Не будет, — уверенно сказал Бажин. — Он не дурак. Если я сам прошу у него встречи, значит, у меня есть что ему предложить.

— А что ты хочешь ему предложить?

— Хочу, чтобы он стал моим другом и ближайшим соратником. На очень выгодных для него условиях.

— Виталий Эдуардович, — сообщила секретарь, — господин Шумаев сегодня в восемь вечера будет прогуливаться по набережной Тараса Шевченко. Он предлагает вам присоединиться к нему."

"— Прекрасно. Рома, найди где мы с ним сейчас пересекаемся по интересам. Цветная и черная металлургия, лесозаготовка, лесопереработка.

— Откатить хочешь?

— Да. Должен же я как-то доказать ему свою лояльность.

Роман отправился исполнять поручение, а Бажин вышел в приемную, испытывая внутреннюю потребность двигаться. При такой бешеной работе мысли не мог находиться в статичном положении.

— Ирина, следующие две недели мне нужно освободить.

— Хорошо, Виталий Эдуардович, сейчас же с этим разберусь.

— Пригласите ко мне Ващенко. Если он сегодня здесь.

— Хорошо.

Снова подумав о Маше, Бажин в нетерпении прошелся по кабинету. Отпустив ее позавчера, он сделал огромную ошибку. Скоро все кончится. Для нее. А для него все только начиналось.

— Присаживайтесь. Я вас надолго не задержу, — сказал отстраненным тоном, каким хотят начать разговор издалека.

— Что вы, я не тороплюсь, — ответил Евгений Леонидович, но сел в ближайшее от двери кресло, будто готовился побыстрее уйти. Его немного коробило, что сам Бажин усаживаться не спешил.

— Зато я тороплюсь.