Капитуляция

Ее сердце оглушительно забилось, реагируя на внезапное изменение его тона и еле заметный блеск в глазах.

Эвелин даже не пошевелилась, чтобы выполнить его приказ. Теперь у Джека была вся информация, которая требовалась для поездки во Францию. И вероятно, он собирался пожелать ей спокойной ночи и удалиться.

И вдруг Эвелин поймала себя на мысли, что они ещё не обсудили плату за его услуги — ту самую «весьма неплохую долю». Видимо, поэтому Джек колебался, застыв на месте совсем рядом? Или, подобно Эвелин, всё-таки пытался понять, почему их так влечет друг к другу?

— Как я смогу вознаградить вас? — спросила она.

Взгляд Джека скользнул к её губам, а потом его густые ресницы резко опустились, спрятав серые глаза. И он пробормотал:

Эвелин снова судорожно вздохнула. Верно ли она истолковала этот взгляд? Что же он означает? Да неужели она сама этого не знала?

Эвелин уставилась на разложенные на столе карты невидящим взором, чувствуя, что утратила способность мыслить здраво. Джек потянулся вперед и взял карту, которую Эвелин только что набросала, причем на сей раз его рука смело коснулась её ладони. Эвелин повернула голову к Джеку и увидела, как он, не сводя с неё пристального взора, разорвал пергамент.

Очень осторожно, тщательно подбирая слова, она спросила:

— А как же насчёт аванса, на котором вы настаивали?

Повисло долгое молчание, донельзя раскалившее атмосферу. Наконец он ответил:

— Я решил отказаться от этого условия.

Эвелин отчаянно желала кинуться в его объятия, но как можно, ведь она в трауре, ей надо, чтобы Джек отправился во Францию, и она понимала, что балансирует сейчас на тонкой грани дозволенного.

— Вы похожи на лань, пойманную в прицел моего ружья, — заметил Джек. — С той только разницей, что здесь нет никакого ружья, не так ли?

— Вы заставляете меня нервничать.

Он склонился над Эвелин, снова положив руку на стол и коснувшись грудью её левого плеча. По-прежнему сидя в кресле, но теперь зажатая между мощной фигурой Джека и столом, Эвелин почувствовала себя пойманной в ловушку. Она не сомневалась, что Джек нарочно создал такую ситуацию.

Сердце в исступлении затрепетало. Неужели он собирался поцеловать её? А с чего бы ещё он стал вот так нависать над ней?

— И как же я заставляю вас нервничать? — осведомился он.

Его взгляд задержался на её губах. Его рот, казалось, скривился. Но Джек не наклонился ниже, не коснулся губами её губ. «Он не собирается переходить грань», — обескураженно подумала Эвелин.

— Я очень признательна вам, — прошептала она.

Глаза Джека медленно загорелись.

— В самом деле? — Он сильнее оперся о стол, и теперь его плечо прижималось к её плечу. — Если вы собираетесь играть с огнем, предупреждаю сразу: у моей галантности есть предел.