Вечный капитан

У меня много знакомых рыцарей и капитанов, но только один является одновременно и тем, и другим. Рад видеть тебя снова в Опорто!

– А я рад, что у тебя только один такой знакомый, иначе бы не встретились! – сказал я.

– Встретились бы рано или поздно, – уверенно произнес он. – Я знал, что ты вернешься к нам. Это благословенная земля, она притягивает к себе сильных и смелых воинов.

– Теперь понятно, почему ты здесь живешь, – шутливо произнес я, помня, что в каждой шутке есть доля шутки.

– Я приглашаю тебя с твоими рыцарями в свой дом, – церемонно произнес Педру де Аламейда.

– Я принимаю твое приглашение, – сказал я, – но сперва помоги мне разобраться с моим пленником. Он плыл на галере, однако не купец. Мой арабский слишком беден, понял только, что он вроде бы визирь эмира таифа Бадахос Абена Хашама. Что такое таиф Бадахос?

– По размеру территории вроде нашего графства или даже герцогства. До недавнего времени были под контролем альморавидского халифа Тешуфина, но эмир Абен Хашама недавно отвоевал независимость. Это в битве с бадахосцами погиб мой отец, – рассказал Педру де Аламейда.

– Какой выкуп можно получить за этого визиря? – поинтересовался я.

– Давай я с ним поговорю, узнаю, – предложил португальский рыцарь.

Визиря вытащили из трюма, обвязав веревкой, потому что сам по трапу подняться он не мог. За несколько дней сидения на диете мавр похудел, отчего щеки обвисли, как у бульдога. Или это припухлость спала с лица. Он щурил темно-карие глаза, рассматривая сперва нас с Педру, затем город Опорто. Наверное, пытался понять, где очутился.

Португалец бегло заговорил с ним на арабском. Задал сразу несколько вопросов. На арабском знаю только, как я называю, «туристический набор»: здравствуйте, до свиданья, спасибо, пожалуйста, сколько стоит, как пройти, я тебя люблю, пошел ты… Этого оказалось мало, чтобы понять их беседу. Догадывался интуитивно, по мимике и жестам. Жестикулировали оба, причем быстрее, чем говорили. Шел интенсивный торг. Визирь, судя по жестам, явно хитрил. Португальский рыцарь тоже был не лыком шит.

– Он говорит, что за него дадут три фунта, но я уверен, что и пять будет мало, – коротко перевел Педру де Аламейда их продолжительный диалог."

"– Всего пять фунтов серебра?! – удивился я.

– Золота, – уточнил он. – У нас выкуп принято платить золотом. Оно занимает меньше места.

– Меня устраивает любой из этих благородных металлов, – сообщил я.

– Еще визиря можно обменять на нашего знатного пленника, сенешаля (типа военного министра) короля, который в плену у эмира Абена Хашама. За него требуют десять фунтов золота. У короля Афонсу сейчас нет столько свободных денег, – продолжил рыцарь Педру.

– Я готов получать эту сумму по частям в течение нескольких лет, – предложил я.