Вечный капитан

Она вроде бы отнеслась с пониманием. Здесь женщины реализуются в материнстве: чем больше детей, тем она круче. Принято иметь не меньше пяти. Три – самая нижняя планка. Сына назвал Робертом в честь графа Глостерского. Поскольку он родился в замке Беркет, имя будет носить Роберт де Беркет. Его старший брат Ричард, хоть и родился в окрестностях замка, а не в нем самом, тоже будет де Беркет. Крестили младшего сына в Беркенхеде, который стремительно разрастается, превращается в город. В окружающих Беркенхед валлийских деревнях появилось много денег. Как следствие, вырос спрос на товары, открылись новые мастерские, которые их производят, подтянулся народ из других деревень и городов.

Пленных солдат я разместил на постой в деревнях Морской и Лесной, где не хватало взрослых мужиков. Они должны были проложить дорогу вдоль берега реки Беркет, чтобы можно было таскать лошадьми плоскодонную баржу из Беркенхеда к замку. Обратно она самосплавом доберется. И пристань в Беркенхеде. Там буду швартовать шхуну для перегрузки на баржу трофеев и постановки на зимовку. Несерьезно каждую осень вытаскивать ее на берег, а весной спускать на воду. Да и место у Морской слишком незащищенное. Пока я туда доскачу по тревоге, шхуну успеют сжечь. Под стенами Беркенхеда она будет в большей безопасности. Пообещал пленным, что отпущу с наступлением холодов и заплачу по одному пенсу в день, если будут хорошо работать. По моему, они согласны были вкалывать за одну только сытную кормежку. Рыцарь Бодуэн их не жаловал, держал в черном теле. По рассказам пленных, только во время налетов они ели хорошо, но хуже, чем мы их кормили на переходе. Кстати, очень удивились, что я ем в походе тоже и столько же, что и мои солдаты.

Руководителем дорожных работ я назначил рыцаря Тибо Кривого. Рана у него еще побаливала, но уверенно шел на поправку. Он совершил оммаж мне, после чего получил коня и кольчугу получше тех, что имел. Я собирался выделить ему и оруженосца, но Тибо попросил:

– Хочу взять сына моего друга, который погиб при штурме Вустера. Помнишь его?

– Конечно, – ответил я, хотя не мог даже вспомнить лицо погибшего.

– Малец просился со мной в этот поход, но я отказал. Чуяло мое сердце, что ничем хорошим не кончится, – рассказал Кривой.

– Ты считаешь, что для тебя он плохо закончился?! – шутливо спрашиваю я.

Рыцарь Тибо, смущенно кривит лицо:

– Для меня-то хорошо, но он мог погибнуть.

– Путь воина – это путь к смерти, – выдал ему из философии самураев.

– Постараюсь, чтобы у мальчишки он не был коротким, – пообещал Тибо Кривой.

Большую часть трофейных лошадей мы продали в Честере. У каждого моего лучника теперь были собственный конь, металлический шлем и короткая кольчуга или кожаный панцирь, что переводило их в сержанты.