Вечный капитан

Рано утром и поздно вечером, когда не так жарко, я хожу оценивать работу. Стараются ребята, стараются.

Штурм назначили на утро восьмого дня после начала возведения пандуса. К тому времени он был практически закончен. Верхняя часть еще не соприкоснулась с зубцами, но уже заготовлен помост, который перекинут на них. Сделали и несколько десятков лестниц, чтобы атаковать с других сторон, не давая защитникам города сосредоточиться в одном месте. Большая часть колесничих присоединилась к тому отряду пехотинцев, который будет наступать по насыпи. Я выбрал противоположную сторону, северную, откуда было ближе всего до самого богатого района города. Ко мне присоединился Пентаур, несмотря на то, что считал, что мы делаем большую ошибку. Мол, попадем на праздник грабежа последними. Я был уверен в обратном. Богачи обычно не отличаются воинственностью. Трудно быть воином, если спишь на пуховой перине. Кто-то, конечно, будет защищать и ту куртину, которую вместе с пехотинцами собрался атаковать я, но не думаю, что их будет так же много, как в нижней части города, где живут бедняки и насыпан египтянами пандус.

Начали рано утром, до восхода солнца. Я первый раз встал так рано и, к своему удивлению, малость озяб. Мое тело, привыкнув к температуре более плюс сорока градусов, начало воспринимать плюс двадцать, как холодную. Отряд, к которому я присоединился, состоял из шестидесяти человек, командовал некоренной египтянин, что было сразу понятно, несмотря на выбритую голову и подведенные глаза. Какого он роду-племени, я спрашивать не стал. Похож на машауаша. Этот народ проживает западнее Египта, на территории будущей Ливии. После штурма мы расстанемся и вряд ли пересечемся в будущем. Тем более, что у него обычная армейская неприязнь ко мне, потому что я из колесничих, из элиты, а не серая пехтура.

Тихое и безветренное утро буквально разорвали пронзительные завывания труб и грохот барабанов. Это команда на штурм. Пехотинцы, сидевшие на земле в ожидании ее, встали, взяли две лестницы и пошли вслед за своим командиром, который вышагивал решительно. В отличие от рядовых бойцов, у него бронзовый, а не тряпичный, шлем, что во время штурма повышало шансы выжить. Защитники кидают камни в первую очередь в голову. Наверняка ему хочется проявить себя в бою, получить под командование четыре взвода — двести сорок человек — и чин менха.

Мы с Пентауром идем за ним, не отставая. У меня в руке лук, на ремне висит колчан. Стрелы взял легкие. Прочные доспехи сейчас редкость, по карману только единицам. Гезерцы ждут нас. Я замечаю несколько силуэтов на городской стене между зубцами. Стрелять не спешат, ждут, когда подойдем ближе.