Вечный капитан

— Почему вы на нас напали?! — спросил он не возмущенно, а удивленно, и это была не игра или очень талантливая игра.

— Вы разве не знаете, что наши страны воюют?! — иронично осведомился я.

— Какие страны?! Мы — одна страна! — не поверил бывший капитан клипера.

— Ваш президент так не считает, — возразил я. — Поэтому ваше судно становится моим призом. Приватирский патент у меня есть, могу показать.

— Есть, так есть, — отмахнулся он и молвил с сожалением: — Надо было выйти из порта раньше, но не захотел идти проливом ночью.

— Как по мне, вы всё правильно сделали, — с улыбкой произнес я. — Покажите документы на груз."

"Клипер вез бронзовые гладкоствольные гаубицы, восемнадцать двенадцатифунтовых «Наполеонов» и по дюжине двадцатичетырехфунтовок и тридцатидвухфунтовок, а все остальное место в трюме занимали так называемые предметы роскоши, в первую очередь дорогие шерстяные английские ткани. Продать груз по закупочным ценам не получится, но даже со скидкой на двадцать процентов груз тянул тысяч на сорок долларов. Плюс сам клипер водоизмещением тысяча двести восемнадцать тонн, построенный всего три года назад, стоил около шестидесяти тысяч. Две трети полагались мне, как судовладельцу и снабженцу, и пять долей из оставшейся трети, как капитану. Старпом получал три доли, два помощника, механик и лейтенант Робин Макларен — по две, боцман — полторы, комендоры, кочегары и опытные матросы — по одной с четвертью, обычные матросы и кок — по одной, а юнги и стюарды, обслуживающие капитана и кают-компанию — по полдоли.

Реализацию приза я поручил компании «Стоктон и сыновья», у которой был в аренде мой клипер «Сюрприз». Заправлял в ней Авель Стоктон, старший сын Моисея Стоктона, основателя компании, почившего лет пять назад. Они были коренными англичанами, пуританами, поэтому все члены семьи имели библейские имена. С библейскими заповедями отношения были сложнее. Как минимум две из них, «не укради» и «не убий», соблюдали по ситуации. Пуритане всегда отличались рациональным подходом ко всему, включая религию. Компания занимала второй этаж, надстроенный над длинным пакгаузом в порту Ливерпуль. Меня не покидала уверенность, что видел это здание в двадцать первом веке, только без вывески с названием компании во всю стену над входной дверью, к которой вела металлическая лестница в три пролета. Кабинет был довольно скромных размеров и с тяжелой дубовой мебелью, старой, будто привезенной со свалки мусора, куда была выброшена из богатого дома. Вместо стульев табуреты с заеложенными сиденьями. Моя задница за последние годы отвыкла от таких, поэтому старался не задерживаться в кабинете надолго.

— Я хочу, чтобы вы выступили посредником в покупке клипера.