Вечный капитан

Утром двадцать девятого марта начался шторм, английская эскадра отошла от острова, и в одиннадцать часов ночи «Гильом Телль» по-тихому вышел их гавани и рванул в сторону Тунисского пролива. Корвета «Хороший гражданин» на его пути не оказалось. В это время мы дрейфовали восточнее Мальты. Зато его заметил фрегат «Пенелопа», послал с бригом «Менорка» сообщение об этом флаг-капитану «Оглушительного» Эдварду Берри, замещавшего командира эскадры. В шесть утра английский шестидесятичетырехпушечный корабль третьего ранга «Лев» догнал беглеца и вместе с фрегатом «Пенелопа» поставил в два огня. Минут через тридцать подтянулся «Оглушительный» и сменил фрегат, которому к тому времени здорово досталось. Без пятнадцати шесть французский линкор остался без фок-мачты и грот-мачты, но его моряки приколотили гвоздями флаг к бизань-мачте и продолжили сражение. Они продержались до девяти тридцати пяти. Погибших и раненых было более двухсот человек. Если бы все французские корабли сражались так же, как «Благородный» и «Гильом Телль», вряд ли бы англичане выиграли хоть одно сражение. На наше счастье, таких кораблей на весь французский флот было всего два, и тем пришлось драться с многократно превосходящими силами противника.

Четырнадцатого апреля к Мальте подошла русская эскадра в составе тринадцати линейных кораблей, десяти фрегатов и семи меньших кораблей и подключилась к осаде. Как поделился со мной капитан фрегата «Пенелопа» Генри Блэквуд, приход русских пробил контр-адмирал Горацио Нельсон через Лондон и Санкт-Петербург. Приказ адмиралу Ушакову поступил от самого императора Павла Первого. Горацио Нельсону хотелось как можно скорее избавиться от неприятной обязанности осаждать Мальту, но при этом он был против штурма крепости, в которой засел французский гарнизон. Если русские захватят Валетту, они и получат протекторат над Мальтой, как это случилось с семью островами в Ионическом море. Адмирал Ушаков освободил их и превратил в республику Семи Островов под протекторатом русских и якобы турок, но последние не имели никаких оснований поверить в это. Поэтому мальтийский гарнизон брали измором. Во избежание международного конфликта нам порекомендовали не общаться с русскими, если не будет крайней необходимости.

Я решил не только не общаться с земляками, но и повел корвет в Тунисский пролив, надеясь на добычу. Вначале попадались только союзные суда. Вахтенный мичман с парой морских пехотинцев отправлялся на встреченное судно, проверял соответствие судовых документов поднятому на мачте флагу и возвращался на корвет. Так было до двадцать восьмого апреля.

Этот полакр водоизмещением тонн восемьсот впередсмотрящий заметил позади нас.