Вечный капитан

Далее за полтора пая отдали Библии, а оставшуюся посуду, меха, ткани, одежду и обувь поделили на пять с половиной паев.

– У нас еще есть вино, – напомнил я. – Надолго мы здесь не задержимся, так что бочки две-три нам на всех хватит. Что с остальным делать?

– Можно продать нашим маркитантам, – предложил рыцарь по имени Тибо и прозвищу Кривой, потому что через лоб и левую щеку проходил шрам от удара мечом, отчего левый глаз казался прищуренным.

– Поговори с ними, – предложил я.

– Сейчас схожу за своим конем и заодно поговорю, – согласился он.

Вместе с рыцарем Тибо я отправил и Джона, чтобы привез сюда кибитку с Нуддом и привел наших лошадей. Пошел с ими и дядька Томаса.

Оставшийся оруженосец зарезал свинью. Служанки принялись готовить для нас праздничный обед. Они заканчивали, когда приехали Джон и Нудд. Оруженосцы распрягли лошадей и задали им зерна от души. Следом приехал рыцарь Тибо с маркитантом, флегматичным фламандцем, который торговался до последнего пенса. Рыцари бы уступили ему за бесценок, но я имел дело с его земляками в двадцать первом веке, поэтому, называя свою цену, быстро вслух перемножал ее на количество бочек и говорил сумму. Фламандец не умел считать да и соображать так быстро. После третьего моего подсчета он сдался. На каждый пай вышло по шесть шиллингов. Тибо привел также коня погибшего, его доспехи и оружия, которые приторочил к седлу. Они были друзьями."

"– Он жил с вдовой, свободной крестьянкой, – рассказал Кривой о своем друге. – Сын у него растет. Может, решит рыцарем стать.

К тому времени поспел обед, и мы все вместе, рыцари и оруженосцы, воссели за одним столом и начали праздновать победу, которая сделал нас немного богаче. Я, как командир, – во главе стола. Первый тост провозгласил, как положено, за победу и хорошую добычу.

– Выехал на одном коне, а вернусь на двух! – выпив вина, радостно произнес Гилберт. – А прошлым летом отправился в Нормандию на двух жеребцах, а вернулся на старой кляче.

– Еще пара таких штурмов – и будет с чем встретить старость, – поддержал его рыцарь Тибо.

Ему было лет тридцать пять, считал, наверное, себя самым старшим из рыцарей за столом. Если бы он знал, сколько лет прожил я!

В холл зашел Нудд и доложил:

– Там два рыцаря пришли, кого-то ищут.

– Пригласи их, – приказал я.

Рыцари были в сюрко с гербом графа Глостерского. Видимо, из тех, что приплыли с ним из Анжу. Одеты не только богаче, но и ярче большинства англичан, а в манерах больше снобизма и куртуазности. Английские рыцари выглядят на их фоне крестьянами в кольчугах. За что тихо ненавидят анжуйцев и завидуют им. Правда, не все.

– Присаживайтесь, выпейте с нами вина, – пригласил я.

Им неудобно было отказываться, но и не хотелось пить, как они думали, местную кислятину.