Вечный капитан

Сможете отличить такое от местных?

— Попробуем, — ответил за всех Пурфириу Лучани, но произнес не очень уверено.

Я и сам не был уверен, что смогу определить такое судно. Оно должно часто бывать здесь, так что не особо выделяться. Оставалось понадеяться на везение.

На четвертые сутки ожидания, после сиесты, удача улыбнулась нам. Дул легкий западный ветер. Люггер, таща на буксире свой рабочий катер, курсом крутой бейдевинд шел против ветра, точнее, почти стоял почти на месте, когда из-за мыса появилось нависелло — так здесь называют суда, у которых фок-мачта сильно наклонена вперед, и к ней и к грот-мачте крепится большой трапециевидный парус, а второй парус, латинский, грот-мачта несет самостоятельно. Они встречаются часто, поэтому мои корсиканцы не обратили внимание. Их не насторожило, что нависелло в балласте. Зато я помнил, что Сардиния пока что — не «резервация миллиардеров», здесь парусники без дела не шляются."

"— Зарядить холостым погонную пушку! Подтянуть катер к борту! Приготовиться абордажной партии! — приказал я.

На нависелло нарываться на грубость не стали, сразу опустили паруса и подняли сардинский флаг — красный крест на белом фоне и по черной голове мавра в каждой четверти. Это они все никак не забудут, что Сардиния была под властью арабов.

Я сам отправился на нависелло. Для нас вооружили штормтрап. Экипаж пять человек и три пассажира — синьор средних лет с длинными вьющимися черными волосами, которые смотрелись так красиво, что казались париком, и два слуги — оказывать сопротивление не помышляли.

— Мы — подданные сардинского короля, союзники англичан! На каком основании вы остановили нас?! — возмущенно воскликнул на плохом английском языке синьор, положив левую руку на позолоченную рукоять шпаги в черных деревянных ножных, которая висела у него на широком кожаном поясе с позолоченной овальной бляхой с крестом посередине.

— Вы нам больше не союзники, потому что подписали договор с французами, — заявил я на французском языке, стараясь коверкать слова.

— Наш король всего лишь был вынужден подписать с ними мир, иначе бы они уничтожили нас всех! — эмоционально проинформировал меня подданный сардинского короля на прекрасном французском языке.

— Мне сказали, что вы перешли на сторону французов. Я арестовываю ваш корабль. Отведу к адмиралу, пусть он разбирается, — изображая туповатого вояку, сказал я.

— А где ваш адмирал? — спросил он.

— Блокирует Тулон, — сообщил я.

— Надеюсь, вы высадите меня на берег?! — слащаво улыбаясь, произнес синьор. — У меня срочные дела в Кальяри!

— Никого высаживать не буду. У меня приказ арестовывать всех врагов, — продолжил тупо настаивать я.