Вечный капитан

Оставшись без рулевого, шас-маре тоже стал уваливаться на ветер и терять скорость. На его палубах не было видно ни одной живой души.

— Катер на воду! Абордажной партии грузиться! — скомандовал я.

На этот раз абордажной партией командовал сержант Джон Бетсон и входили в нее только морские пехотинцы. Лишь на руле сидел матрос-корсиканец. Они быстро добрались до шас-маре, зацепились двумя «кошками» и багром, после чего парами и довольно резво поднялись на борт. Там еще были живые семнадцать человек, спрятавшиеся в трюме, но сопротивляться они не собирались. Их вместе с одиннадцатью ранеными переправили на катере на «Делай дело». Десятка два мертвых выкинули за борт.

Когда первый француз ступил на борт люггера, я спросил:

— Когда вы захватили приз?

— Позавчера, — ответил он.

Если корабль пробыл у врага менее суток, он подлежал возврату хозяину, причем безвозмездно. Может быть, судовладелец отблагодарит экипаж, но вряд ли это будет больше сотни фунтов. Я бы подождал, когда минуют сутки, и только тогда захватил бы барк, ставший полноценным призом. Поскольку минуло около двух суток, можно было не ждать. Кстати, некоторые экипажи купеческих судов сдаются корсарам, ждут сутки, а потом отбивают приз и становятся его новыми хозяевами.

На шас-маре отправилась призовая партия под командованием мичмана Роберта Эшли. Абордажная партия вернулась на катер и быстро погребла к барку. Угольщик после первого же выстрела попытался сделать поворот фордевинд. Видимо, на нем было слишком мало матросов, чтобы быстро справиться с парусами. Точнее, матросов было достаточно, но пленные английские не спешили выполнять приказы малочисленных французских. Те не беспредельничали, потому что понимали, что скоро власть поменяется, и им припомнят всё. Восьмерых пленных французов перевезли на люггер, а на барк отправилась призовая команда под командованием мичмана Хьюго Этоу.

Я решил не рисковать, отвел призы в Плимут. Этот порт, точнее, его рейд — одно из мест базирования британского военного флота. Сама базы выше по течению реки Тамар, на правом берегу той ее части, что называется Хамоаз. Там пристани, доки, пакгаузы, другие служебные строения. В будущем она будет самой крупной из британских баз, в ней будут ремонтироваться авианосцы и атомные подводные лодки. Авианосцы я там не видел, но как-то, заходя в порт, по приказу диспетчера пропускал вертолетоносец «Океан». Та еще дурында!"

"В конце восемнадцатого века на рейде стояли восьмидесятипушечный линейный корабль третьего ранга «Кембридж», два фрегата и с десяток более мелких кораблей и купеческих судов. Это был второй английский восьмидесятипушечный корабль, который я видел.