Вечный капитан

— Начинаем погрузку, — приказываю я.

Пленных ведут вдоль берега моря к баркасу и катерам, чтобы перевезти на шхуну. Там их разместят в трюмах. Им будет так же тесно, как и неграм, которых везут сейчас в Америку, но не жарко. Да и мучиться придется намного меньше. На палубу погрузим лошадей и лучших коров и быков, чтобы добавить свежей крови ливонским.

По деревне начинают расползаться ароматы вареного мяса. Я оставляю на берегу за старшего Захара Мишукова с приказом не задерживаться здесь, возвращаться, как только мясо сварится, а сам плыву на шхуну на тузике. На палубе шхуны у лаза в трюм образовалась очередь из пленных шведов. Женщины смотрят на родную деревню и всхлипывают, мужчины кривятся и вздыхают, а детям, за редким исключением, весело. Моим матросам постоянно приходится возвращать к родителям слишком любопытных и резвых шалунов. Эти дети уже вырастут подданными Российской империи и забудут про родную шведскую деревню. Природа проведет среди них естественный отбор: потомки более шустрых и смышленых станут русскими, а остальные — эстонцами.

74

Шведский военно-морской флот покинул Ревель только в середине сентября. Точную дату не знаю. Десятого сентября, когда я проходил мимо этого порта с седьмой по счету партией белых рабов, флот еще стоял на рейде, а двадцать второго, когда я вышел в очередной поход, его уже не было там. Теперь можно было без напряга вести призы в Нарву. Осталось только захватить их. Я знал одно место, где они наверняка есть — порт Стокгольм. К самому порту пришлось бы идти по шхерам между островами, что чревато неприятными встречами, как с военным кораблями, так и с береговыми батареями, которые наверняка есть на некоторых островах, но я понятия не имел, на каких. Поэтому, приблизившись к шведской столице, я повернул на юг.

В Стокгольме бывал несколько раз в будущем. Маленький город, около восьмисот тысяч жителей (Донецк и то больше!), хотя и считается самым густонаселенным на Скандинавском полуострове. Везде чистенько, все улыбаются, причем в большинстве случаев искренне, что сильно отличает шведов от англичан, американцев, немцев. Улыбаются даже гвардейцы из королевского караула, наряженные в старинную форму, как на маскарад. И не только улыбаются, но и болтают с туристами. В общем, те еще вояки! К тому же, половину караула составляют женщины, что не удивительно при высоком росте, крепком сложении и лошадиных физиономиях большинства шведок. Главное, что большую часть караула составляют все-таки этнические шведы. В Стокгольме, особенно в центре, встретить этнического шведа так же сложно, как в московском Южном Бутово — русского.