Вечный капитан

– Это хорошо! – сразу обрадовался он.

– Мои сыновья всегда тебе помогут, но им далеко до меня, – продолжил я.

– Они тоже могут на меня рассчитывать, – пообещал Бату. – Я слышал, соседний князь напал на твои владения. Мы можем завернуть к нему по пути.

– Он слишком ничтожен, чтобы тебе тратить на него время, – лизнул я. Иначе после его помощи от Рыльского княжества и соседних земель останутся только пепелища. – Сам с ним справлюсь. Дай мне только несколько катапульт.

– Бери хоть все, что в твоем тумене, – разрешил Бату. – Мне новые изготовят.

Я так и сделал, переманив к себе на службу помощника Вана по имени Ли. Путивльцы пока не умеют делать такие хорошие катапульты, а требюшеты им и вовсе в диковинку. Пусть посмотрят, как делают другие, и научатся. Осадные орудия разобрали, погрузили на телеги. Конницу, за исключением своих дружинников и половцев, я передал под командование Байдара. Пусть идут вместе с ним южным путем. Сам, отпустив гуннских и польских добровольцев по домам, вместо со своими дружинниками и половцами и русскими пехотинцами пошел более коротким путем через перевал Русские ворота. Взяли в дорогу много фуражного зерна и скота на убой. Хотя переход предполагался трудным, у всего моего войска было приподнятое настроение. Они возвращались домой из продолжительного и трудного похода. Живыми и с богатой добычей. Так много они никогда раньше не брали и, наверное, больше не возьмут.

Сыновьям пересказал свой разговор с Бату, ту его часть, что касалась монгольской междоусобицы, и предупредил:

– Сильно не усердствуйте. Хоть он вам и родственник, в первую очередь заботьтесь о своем народе и княжестве.

44"

"Под стены Рыльска мы пошли сразу же. Только две ночи провели в Путивле, оставили обоз с трофеями и двинулись по льду Сейма вверх по течению. Был уже конец февраля. Скоро ледоход начнется, так что следовало поспешить. Старших сыновей тоже не взял с собой. Пусть куют наследников. Вперед отправил пару купцов, которые должны были заехать в гости к своим рыльским коллегам и передать, что к горожанам у меня претензий нет, только к князю и его дружине. Если не будут вмешиваться, их не тронут, а потом город перейдет под мою руку и получит защиту от татар.

Рыльск находился на левом берегу Сейма на конце высокой гряды. На обрывистом берегу стоял Детинец с деревянными стенами высотой метров шесть и с пятью деревянными башнями. Три четырехстенные башни были выше всего метра на два, если не считать высокие острые кровли, а одна, шестистенная, под названием Воскресенская, – превосходила стены раза в два с половиной. На ней находился полошный колокол, в который начали бить, когда мы были еще километрах в десяти от города. В двух метрах от Воскресенской стояла башня без верха под названием Малая.