Капитан

Тогда у вас с Робертом будет время, чтобы рассыпать его по полу, усложнив этим козлоёбам жизнь. Рассыпай сразу за дверью, затем по лестнице. Третий мешок будет лежать за баррикадой. Если нас отожмут туда, мы успеем раскидать его перед столами и стульями, прежде чем твари к нам подступятся. Вроде бы всё. Остался один вопрос, — капитан посмотрел на меня в упор, — Герни, ты и правда этого хочешь? Смотри. Мы можем потянуть время, попробовать найти другие возможности. Истощить резервы этого упыря в конце-концов. Не обязательно… — он замялся, пытаясь подобрать нужное слово, — Не обязательно всё делать именно так.

Ну, вот и настал момент истины. Я всё ещё могу отказаться от этого безумного и рискованного плана. Могу и вовсе, этой ночью сбежать, оставив всех остальных на произвол судьбы. Рискнуть, в надежде, что колдун не заметит моего ухода и не вышлет погоню. В надежде, что как только я отсюда уберусь, он потеряет интерес к остальным. В конце-концов кто они? Простые неписи. Продукты работы нейросети. Айлин и Ансельм… Ну, им просто не повезло. В конце-концов я не обязывался за них вписываться. Ни за Ансельма, с его войной. Ни за Айлин. Она, конечно, спасла мне жизнь один раз, но ведь и я её до того выручал. Так что квиты, и никаких претензий.

Я тяжело выдохнул и обвёл взглядом парней. Посеревшие от усталости лица. С трудом подавляемое отчаяние во взглядах. И проблеск робкой надежды. Что найдется кто-то, кто вытащит их из этой жопы. Или случится какое-то чудо… Нет… Никакие это не нейросети. И не их продукты. Обычные, смертельно уставшие живые люди. Люди, которым очень страшно, но которые стараются этого не показывать, чтобы не уронить боевой дух остальных. Люди, у которых осталась одна единственная надежда. Своих не бросаем… Кажется это мои слова. Легко их было произносить, когда я почти ничем не рисковал. Когда из сложившегося положения был виден выход. И выбраться тогда могли все. А теперь…

— Я уже умирал один раз. Второй раз делать это — уже не так страшно. — слова застревали в глотке, и пропихивать их приходилось усилием воли, — Уверен. Это наш единственный шанс. Другого не будет."

"Бернард смерил меня долгим, тяжёлым взглядом, в котором читались одновременно страх, осуждение и… Уважение. Он не привык к тому, что кто-то рискует своей задницей, чтобы спасти его шкуру. Но тоже понимал — другого шанса у нас просто не будет. И что лучше один, чем семнадцать.

— Хорошо, — шумно выдохнул капитан, распрямив поникшие плечи так, будто с них только что упал очень тяжёлый груз, — тогда…

— На этом всё, — оборвал его я, — Мне нужно отдохнуть хоть немного, иначе этот ублюдок раздавит меня завтра, как назойливую мошку. Даже пикнуть не успею. Так что давайте распределим дежурства и на боковую.

Ночь прошла беспокойно.