Капитан Валар. Призовая охота

– Николай Владимирович, я тут соседний дом решил обследовать. Пустующий... А там какой-то тип с пистолетом на меня напал. Вот он тут лежит передо мной. Связанный. Что с ним делать? Может, добить, чтобы не возиться? – Я специально давил на психику своему пленнику, чтобы он был более сговорчивым, когда ему начнут задавать серьезные вопросы. – Мне не долго. Хотя лучше будет, если вы его заберете и потом куда-нибудь сбросите тело...

– Понял. Высылаю машину, – коротко сказал Лукьянов. – Сейчас дороги загружены. Учти, добираться машина будет долго.

– Я подожду...

Глава пятая

Машина ехала непростительно долго. Я успел обыскать пленника, рассмотреть его документы, потом сбегать домой, чтобы предупредить маму, и сильно удивил ее своим сообщением. На пленника она пожелала посмотреть. Я разрешил, попросив заодно, чтобы она принесла мне в соседский дом, где я устроился на полставки «вертухаем», большой бокал чая покрепче. Сам же успел поменять пистолет пленника на «беретту» из своего тайника, предварительно стерев с пистолета собственные старые отпечатки пальцев. Новые оставить не побоялся – если уж я подобрал пистолет, то не мог держать его в воздухе силой мысли, не прикасаясь. Это естественно. Новый пистолет тоже был с глушителем, только не «самопальным», а фабричным. И вообще, по моему скромному мнению, чешская «Чезетта-85» ничем не уступает прославленной «беретте», даже использует те же самые патроны.

А машины все не было, и я уже начал было подумывать, что она проколола одновременно все четыре колеса на наших сельских дорогах.

До прихода мамы я вытащил из «беретты» обойму, сбросил патрон из патронника и «дал подержать» оружие пленнику. Он не видел, что я делаю с его руками за его спиной, пытался сопротивляться, демонстрируя стальную хватку пальцев, но у меня пальцы тоже были сильными, и я заставил его сжать рукоятку. Пленник, однако, оказался упрямым. Сжав пистолет в руке, он уже никак не хотел его выпускать. И мне в дополнение к удару по лбу пришлось дать ему легкую затрещину по затылку подвернувшимся под руку кирпичом. Дело было сделано, и на «беретте» появились свежие отпечатки пальцев. Что мне и требовалось.

Когда пришла мама, пленник отчего-то вдруг застеснялся, сначала отвернул лицо, потом вообще рывком перевалился на бок, чтобы мама не видела его лица. А посмотреть было на что. Хотя узнать его – если даже она его когда-то и видела – мама едва ли смогла бы. Кулак у меня все же не самый легкий. Угодил он в лоб чуть выше бровей. Сразу следов удара заметно не было, но уже через полчаса на лбу возникла тяжелая, синяя, как баклажан, шишка. Она быстро начала сползать вниз, на брови и переносицу. Тем не менее желание мужчины отвернуться не могло не вызвать моего любопытства.