Капер

Теперь жители прибрежных поселений соберут ценные вещички и спрячутся в джунглях или крепостях. Мы пройдем и посмотрим на эти крепости. Если крепкие, поищем другие, а если не очень, уйдем в открытое море и через несколько дней вернемся на рассвете и скажем местным жителям: «Доброе утро! А мы к вам!»

38

Нас встретили на траверзе Куманы. Бывал я в этом порту, грузился кофе. Видел старую крепость, но посетить ее не удалось. Той крепости пока нет. Есть каменные стены, защищающие город. С удаления мили три они показались низкими. Впрочем, разглядывать их у меня не было времени. Навстречу нам, подгоняемые юго-юго-западным ветром силой балла четыре шли семь галеонов из эскадры адмирала Альваро де Басана, маркиза Санта-Крус. Судя по вымпелу на одном из галеонов, командовал эскадрой сам адмирал. Шли они стадом, но, увидев нас, перестроились полумесяцем, чтобы напасть сразу с трех сторон. Видимо, адмирал сделал кое-какие выводы из предыдущего сражения с моим фрегатом. Сейчас он узнает, что и на этот раз выбрал неверную тактику.

Галеоны приближаются медленно, поэтому я успеваю спокойно объяснить лорду Стонору нашу тактику в предстоящем сражении. Его фрегат, поравнявшись с моим, идет метрах в пятидесяти слева. Разговор ведем с помощью медных рупоров, изготовленных по моему заказу. Другие до такого пока не додумались, используют приложенные ко рту ладони.

— Атакуй их правый фланг, начинай с крайнего корабля! — кричу я Вильяму Стонору.

— Понял! — подтверждает он.

— Близко не подпускай и на абордаж ни в коем случае не иди! — предупреждаю я.

— Не подпущу! — заверяет лорд Стонор.

Про абордаж можно было бы и не говорить. Против этого способа ведения морского боя у Вильяма Стонора пожизненная прививка. Но он мог погибнуть в бою, а офицерами на «Золотом соколе» молодые и глупо отчаянные Ян ван Баерле и Дирк ван Треслонг. Предупреждение в первую очередь предназначалось для них. Роберт Эшли и Ричард Тейт служили на «Роттердаме». Обучал их науке «Кораблевождение».

Фрегаты расходятся в разные стороны. Я веду свой к левому флангу противника. Мои комендоры уже открыли порты, зарядили орудия книппелями, выкатили на огневую позицию. Матросы и солдаты облачены в шлемы самых разных моделей, причем много испанских морионов, кирасы, кольчуги или куртки из толстой воловьей шкуры — у кого что есть. У новичков похуже, а у тех, кто совершает со мной не первый поход, получше. Мушкетеры и аркебузники взобрались на марсы и рассредоточились на носовой и кормовой надстройках. Курсом крутой бейдевинд мы очень медленно идем навстречу противнику. Время до первого выстрела — самое напряженное и неприятное. Ловлю себя на том, что постоянно пытаюсь сглотнуть слюну, хотя во рту сухо.