Канонир

А в том, что это король, я уже не сомневался. Вспомнить бы только — кто? То ли Эрик, то ли Юхан?

Я попросил возможности вымыть руки, скинул с себя ферязь — полушубок с меня сняли слуги ещё в коридоре. Прислуга внесла кувшин с водой, тазик.

После тщательного мытья рук я стал расспрашивать короля о жалобах — как всегда: где болит, когда началось, куда отдают боли.

После расспросов осмотрел живот. Уверен, что это — желчекаменная болезнь. Обычно чаще ею болеют женщины, но королю позволительно — жрёт, небось, всякие деликатесы, а то, что обычно вкусно — не полезно.

— У короля камни в желчном пузыре, надо оперировать, никакими травами болезнь не вылечишь, — объявил я свой вердикт.

Густав добросовестно перевёл.

— Когда? — Король был нетерпелив.

А Густав сразу задал свой вопрос.

— Почему решил, что перед тобой король?

Я укоризненно посмотрел на Шенберга.

— Ну уж, коли ты сам догадался, то держи в секрете.

— Нам не хотелось бы, чтобы твой государь, Иван Грозный, узнал о недуге монарха. Итак, что тебе надо?

Я добросовестно перечислил: стол, простыни, полотенца, водку. При упоминании о водке Густав поднял брови, но промолчал.

— С нашей стороны будет условие — помогать и… — Густав замялся, — …присматривать за операцией будет лейб–медик его величества.

— Согласен. Когда всё будет готово?

— Через час, но думаю — тебе следует после долгой дороги отдохнуть, выспаться. Пожалуй, завтра с утра и начнём.

— Как скажешь — я здесь гость.

Меня проводили в отведённую мне комнату и внесли за мной мои вещи — сумку с инструментами, тулуп не забыли. Неплохо накормили — стол в основном был рыбным: уха, жареная, варёная, копчёная и солёная рыба разных сортов, и к ней — вина на выбор. Попробовал всё — очень недурственно кормят во дворце. Сомневаюсь, конечно, что готовил шеф–повар, но очень неплохо, вкусно.

Я разделся, лёг на мягкую перину высокой кровати. Благодать! Уснул незаметно, проснулся от деликатного стука в дверь.

Вошли слуги, принесли ужин. Я вновь подкрепился копчёным лососем и гороховой похлёбкой. Вот с хлебом у них была проблема — к столу подавали пресные лепёшки, по вкусу — лаваш, только очень маленький.

До утра меня никто не беспокоил, и встал я, выспавшись впрок.

Оперировать монарха — не только честь, но и ответственность. Конечно, Швеция не осиротеет, случись непредвиденное — у короля есть взрослый сын, младший брат, но я уже вряд ли узнаю, кто взойдёт на престол. Сомнительно, что меня выпустят из дворца живым. Или казнят торжественно, либо пырнут ножом и сбросят со скалы в море — скал и фьордов тут хватает.

После умывания и посещения туалета мне принесли завтрак — яичница с ветчиной, жареная форель, копчёная оленина, вино. Я на еду не налегал — с сытым брюхом думается хуже, а голова мне сегодня понадобится.