Канкан на поминках

Снял квартиру, накупил себе одежды, вкусной еды и частенько после работы ехал не домой, а в норку, где чувствовал себя молодым, холостым, богатым, туда же приводил и тех баб, что не имели собственной жилплощади. Вообще-то Славик предпочитал встречаться с любовницами на их территории, на свою «оперативную» квартиру старался таскать бабенок как можно реже.

Иногда Славке хотелось развестись с Ларкой, бросить службу в опостылевшей милиции и зажить наконец открыто на широкую ногу, но, к сожалению, уйдя из МВД, он терял всю ценность для риелторского бизнеса. Так и жил Рожков двойной жизнью. Одно теперь было хорошо: денег у него хватало на все.

Весной этого года Соня Репнина довела Антона Селиванова, кстати, сотрудника конторы Малахова, до последней точки. Обозленный мужик толкнул любовницу, та не удержалась на высоких каблуках, упала и сломала ребро.

Мстительная Соня, сбегав в травмопункт, получила справку об увечье и отправилась в отделение милиции, где накатала заявление на Антона.

Наши доблестные органы внутренних дел будут долго колебаться, прежде чем задержать криминального авторитета. У того имеется адвокат, который сразу покажет ментам небо в алмазах. Зато с простым обывателем в милиции не церемонятся.

Антона вмиг задержали и насовали зуботычин, но дело завести не успели, потому что Малахов позвонил Рожкову и попросил выручить своего лучшего сотрудника.

Славка поехал в отделение, переговорил с кем надо, Антона уже собирались отпускать, как появилась Софья Репнина, которую жена Селиванова уговорила забрать заявление.

Рожков глянул на прекрасную цветочницу и… погиб. Впрочем, он тоже понравился девушке. Начался роман, больше похожий на кинофильм эпохи раннего итальянского реализма. Любовники бурно выясняли взаимоотношения. Первый раз в своей жизни влюбившаяся Соня закатывала по каждому поводу скандалы и истерики, Славка колотил ее, ревнуя к каждому столбу. К тому же до Рожкова дошли слухи, что риелторской конторой Малахова заинтересовался его отдел и вроде заведено какое-то дело, переданное Костину.

Рожков вызвал приятеля на откровенность, и тот спокойно рассказал, что в органы обратился Шмелев Лев Евгеньевич. Его папенька, которого в домоуправлении посчитали одиноким и похоронили за госсчет, не оставил завещания. Естественно, квартира отошла Малахову. И вот теперь Лев Евгеньевич справедливо возмутился:

– У нас с отцом не было отношений, но жилплощадь моя. Куда делась квартира?

– Нечисто там, – вздыхал Костин, – буду копать!

Славка перепугался. Володя имел репутацию въедливого сотрудника и, если взялся за дело, обязательно доберется до истины.

Не успел бедняга Рожков сообразить, как поступить и вытащить хвост из мышеловки, как стряслась новая беда.