Всполохи на камне (СИ)

— Сударыня, прошу прощения! Это я виноват в вашем падении — слишком резко открыл дверь. — раздался очень мелодичный мужской голос над головой. — Надеюсь мне удалось предотвратить ущерб вашему прекрасному… организму.

Поднимаю глаза и встречаю взгляд ореховых глаз, принадлежащих очень симпатичному блондину с обаятельной улыбкой. Он протягивает мне руку, а я автоматически тяну свою.

— Василий Чуров, очень рад с вами познакомиться, дорогая… — мужчина вопросительно поднял брови.

— Лия…- прошевелила я губами свое имя.

— Лия? Какое редкое имя, но какое красивое! — Василий руку не отпускал, но я сумела вывернуть свою ладонь из его лапищи и отступила ещё на шаг назад. А Василий все улыбался и откровенно меня разглядывал.

— Вась, если ты закончил протокол знакомства, — угрожающе прорычал Пётр Андреевич, — то, давай, греби в кабинет!

На удивление, Василий тут же зашагал в кабинет, а следом, зыркнув на меня голубыми льдинками, заехал Пётр.

А я осталась растерянно стоять в приемной. Что это было, вообще? С такими стрессами я и неделю не протяну в этом логове. У меня теперь не только руки дрожали, меня ноги еле держали от адреналина, который мой организм выделяет сегодня вёдрами.

В обед я голого мужика на себе тащу, в конце дня на другом верхом сижу! Что это за работа такая у меня?

Вся в растрёпанных чувствах еду домой, хотя по пути немного успокаиваюсь. Дом встречает меня тишиной, отец ещё на работе, а Алёна красоту наводит в новом салоне красоты. Она очень следит за собой, что занимает большую часть её свободного времени.

Есть пока не хочется и я иду к себе, минуя столовую и гостиную. Горячая ванна приводит меня в более спокойное состояние и после я блаженно вытягиваюсь на кровати.

Через час просыпаюсь от хлопка двери во дворе дома. Встаю и выглядываю в окно. — приехал отец и Алёна. Значит можно спускаться к ужину, что я и делаю минут через пятнадцать. Подходя к гостиной, слышу тихий голос отца.

— Не понимаю, как это может повредить тебе?

В ответ раздается фырканье Алёны.

— Андрей, это не мне может навредить, а нам. Ты не просто дядька с завода, у тебя уровень определенный, статус. Репутация, в конце концов.

— И как пострадает репутация, если матери Лии будет оказана качественная медицинская помощь? — в недоумении спрашивает отец. Я остановилась, как вкопанная, вся обратилась в слух.

— Разговоры о том, что ты помогаешь бывшей любовнице… — вещает дальше Алёна.

— Все! Это уже выглядит смешно. Никому нет дела до моих личных дел, не выдумывай. — в голосе отца появилось раздражение.

— Вот видишь? — Алена с воодушевлением вновь пошла в атаку. — Она уже вносит раздор в нашу семью! Мы спорим, ругаемся!

— Лена, споришь и ругаешься ты.