Камень. Книга 4

Жду в Жуковке».

Понятно, разрешение на интервью дано, у Анны в любом случае потом весь текст до буковки проверят, можно ей теперь и сообщить радостную новость. Реакция Шереметьевой на моё сообщение была мгновенной: «Спасибки, Лёшка! После занятий встречаемся в кафе. Займу не больше десяти минут твоего драгоценного времени». От кучи смайликов, среди которых преобладали сердечки и поцелуйчики, рябило в глазах.

«Как мало человеку надо для счастья!» — подумал я и показал сообщение Андрею.

— Я бы тоже на ее месте сейчас из штанов выпрыгивал. — ухмыльнулся Долгорукий. — За такой материал любой нормальный журналюга левую руку отдал бы, а правой уже вовсю статейку кропал.

— Ни сколько в этом не сомневаюсь. — кивнул я. — Порадуем Анну, но конечности ей оставим на месте. Пусть и дальше нас радует своим прекрасно сложенным телом.

Дальше сообщение было показано Инге и Наташе.

— Лёшка, мы с Наташкой просто обязаны присутствовать. — в ультимативной форме заявила Юсупова.

— Андрея с собой возьмём? — кинул я.

— Куда мы без него… — «разрешила» Инга."

"До начала следующей пары успел позвонить Лесе, которая успокоила меня тем, что успела немного поспать и сейчас чувствует себя лучше. Пообещал ей набрать после занятий. Судя по голосу, с которым девушка начала меня уверять, что этот звонок будет лишним и беспокоиться не стоит, такая забота с моей стороны ей очень нравилась.

Закончив с учёбой, мы с Долгорукими и Юсуповой спустились в кафе, где нас ждала Аня.

— Анечка, не больше десяти минут. — предупредил я девушку. — У меня дел полно, которые до Малого Света сделать надо. Если не успеем, можем вечером договорить.

— Хорошо. — кивнула она. — Тогда просто расскажи мне своими словами о том, что произошло. Если у меня возникнут уточняющие вопросы, я их тебе задам. Договорились?

— Договорились. — и приступил к рассказу.

Для начала просто сухо описал ситуацию без своих эмоций и упоминаний про колдуна, полностью придерживаясь отцовской инструкции — сразу же после сообщения Дворцовых о том, что сёстры вот-вот должны подъехать (это я добавил от себя, никто мне ничего на самом деле не докладывал), и почуял угрозу.

— Андрей, помнишь я ещё в сторону от вас с Сашкой Петровым отошёл? — обратился я к Долгорукому.

— Да-да, помню. — подтвердил он.

— Тут грохот… Ну, я и рванул в сторону нападавших… Стихии было применять нельзя, сами понимаете, в парке могли быть посторонние люди, мамашки с колясками или с маленькими детьми… — мои друзья согласно закивали. — Выход у меня оставался только один, тот, который вы на той записи видели… А потом, когда удостоверился, что в округе никого нет, на адреналине и сжёг этих тварей… — я показательно тяжело вздохнул и опустил голову.