Камень. Книга 2

 — Я вас предупреждал? — он смотрел на бледных Наследника с женой. — По самому краю прошли! У этой Инги никогда тормозов не было, вообще никаких! Слава богу, что у Наташки мозгов хватило во всём этом не поучаствовать! Вы подумали, что скажут в Свете? Все же знают о их дружбе с Юсуповой! Выйди! — кинул он жене Наследника.

Дождавшись, когда за снохой закроется дверь, князь спросил у сына:

— Ты обратил внимание на то, как Андрей с Наташкой в один голос утверждали, что этот молодой Пожарский Куракина «гневом» уложил?

— Да. А всем вокруг стало не по себе…

— Сильная кровь… Я так точно не смогу, максимум человек в моём присутствии очень плохо себя чувствовать будет, да и то не всякий. — князь задумался. — Но каков наглец! Потребовать от двух князей личного извинения! Это ж какого размера яйца надо иметь, чтоб вообще о таком подумать! Интересно будет посмотреть, как Пожарские обеспечат выполнение требования своего ублюдка… — Долгорукий хмыкнул. — Хотя, после того случая в бильярдной с этими измайловцами, я уже ничему не удивлюсь… Ты вот что сделай. Поговори с Андреем ещё раз. Пусть он к этому Пожарскому получше присмотрится. Вещает мне сердечко, что не всё так просто с этим князем… А Наташке неделю домашнего ареста! Нет, две!

* * *— Лёшка, просыпайся! Телефон трезвонит! — голос Вики доносился до меня как сквозь вату, но подкреплялся её активными ударами в спину. — Лёшка! Вставай!

Сегодня утром, когда мы с Великими князьями завалились ко мне в квартиру, было решено, что Николай спит в моей комнате, а Александр на диване в гостиной. Прохор помог застелить Романовым свежее бельё, а я направился в соседнюю Лесину квартиру, где спала Вика.

И действительно, звонил телефон. Я открыл глаза и потянулся к тумбочке. На экране значилось «Отец».

— Слушаю!

— Спишь? — интонации Цесаревича не предвещали ничего хорошего.

— Уже нет. — обозначил я очевидный факт.

— Рассказывай. — потребовал он.

Я чуть не смял телефон в руке — как же меня достало всем всё время отчитываться и рассказывать! Одни командиры вокруг! Но, взяв себя в руки, подробно описал произошедшее.

— Почему сразу не позвонил?

— В шесть утра? Да и ничего же серьёзного не случилось…"

"— Ничего серьёзного? — заорал он так, что я отодвинул динамик от уха.