Камея римской куртизанки

 Тоже еще имя нашла немецкое… да мы их в сорок пятом… а она, вишь, собаку по-немецки назвала.

– Зря только в такую даль тащились! – вздохнул Лебедкин.

– Постой, может, и не зря… – Дуся повернулась к старику. – А как вас, дедушка, зовут?

– Артур Степанович! – с гордостью сообщил тот.

– Очень приятно, Артур Степанович. А я – Дуся. Так вот, как вы думаете, где ваша внучка может находиться? Где она может прятаться, если у нее какие-то неприятности?

– Вот уж чего не знаю, того не знаю. Она мне никогда не докладывает – ни где, ни с кем…

– Но может, у нее есть какое-то свое убежище?

– Какое еще убежище? – Старик отвел глаза, подбородок у него затрясся, на губе выступила слюна.

– Да что ты с ним препираешься! – окликнул Дусю напарник. – Видишь же, что старик в маразме. Ничего мы тут не узнаем. Пошли уже! У меня Марципан в машине брошен!

– Подожди еще минутку! – Дуся увидела открытую дверь кладовки. Там на гвозде висел прожженный в нескольких местах ватник.

Она сдернула ватник с гвоздя, оглядела его.

В таком ватнике ни один человек не выйдет в городе на улицу, в каком бы состоянии он ни был… в городе – нет, а вот в деревне…

– Артур Степанович, – медовым голосом проговорила Дуся. – А у вас ведь есть домик в деревне?

– Ась? – переспросил старик, изображая внезапный приступ глухоты.

– Говорю, домик в деревне у вас имеется? Там вы в этом ватнике небось и щеголяете.

– Домик-то? Домик у меня, может, и есть… – Глаза старика забегали. – А что? Разве нельзя?

– А Маша в этом домике бывала?

– Ну изредка приезжала…

– А где этот домик находится?

– Ох, да я же ничего не помню… – Старик шмыгнул носом. – У меня же память стала совсем никакая… вот доживешь до моих лет, тогда поймешь…

– Совсем-совсем не помните?

– Да отстань ты от него, все равно ничего не добьешься… в полном маразме старик… – нудил свое Лебедкин, он волновался за кота.

Дуся пошарила в карманах ватника и нашла там туго скатанный бумажный комочек. С трудом разгладила его и увидела билет на пригородную электричку до станции Коромыслово.

– В этом самом Коромыслове ваш домик? – спросила Дуся строго.

– Ну, может, и в Коромыслове, – нехотя признался старик. – Только не в простом, а в этом… в Верхнем… то есть наоборот, в Нижнем…

– Ага, в Нижнем… – проговорила Дуся. – А по какой, к примеру, дороге это самое Коромыслово находится? Небось внучка вас на машине туда возила, так?

– Кобеля своего она возила, если бы не кобель – трястись бы мне на электричке, да там пехом еще пять километров…

Как водится, старик сделал ударение неправильно, на «о».

Дуся вспомнила, что в показаниях Анны фигурировал белый фургон, одновременно ей пришла в голову мысль насчет собаки.