КаМаЗ и Ч.М.О.

 — В стрессовых ситуациях человек даже с открытым перелом может бежать от опасности. Недолго правда, но всё же.

— Бинт эластичный есть?

— Есть, — кивнула я тут же. — В кухне, в аптечке.

— Ну пошли, — Михаил Захарович наклонился, чтобы снова подхватить меня на руки.

— Подождите! Я телефон возьму.

Убедительно прихрамывая, дошла до тумбочки и взяла телефон. Повернулась к мужчине и как маленькая протянула руки, ожидая, когда она возьмет меня на руки.

— Таинственная залупка? — чуть сощурился Костров, глянув на экран телефона, который ударил в мою ладонь вибрацией. — Ты точно меня ждала, Маруся?

Боже! Какой позор!

— Это… — от неловкости на лбу выступила испарина, а лицо, наверняка, сейчас цвета вина. Резко прижала телефон к груди. И, если бы не преграда в виде Михаила Захаровича, то я бы точно уже бежала по лестнице вниз. — Это подруги шутят. Не обращайте внимание.

— Чат с подругами под названием «Таинственная залупка»? — повел Михаил Захарович бровью и подхватил меня на руки. — Как, оказывается, много я не знаю об учителях. Пойдем знакомиться, раз меня угораздило в тебя вляпаться, Олеговна.

И почему я не обладаю способностью телепортироваться из одного места в другое?

Глава 20. Маруся

— Как ощущения?

— Холодно, чешется и хочется вас пнуть. Не со зла. А еще я думаю, что приготовить из стручковой фасоли, которую вы размораживаете на моей ноге.

— Это кто-то ест? — Михаил Захарович брезгливо скривил губы, посмотрев на пакет с фасолью. — Я думал, это для красоты в аквариуме. Или крабовые палочки протухли.

— Это для красоты здоровья. Между прочим, очень полезно и вкусно. И уберите уже, пожалуйста, этот пакет, — хныкнула я тихо. — Мне кажется, что у меня скоро цистит разовьётся. Правда, очень холодно.

— Плакса, — вздохнул мужчина и отложил пакет на журнальный столик. Перехватил мою ногу и начал обматывать тугим эластичным бинтом.

— А после этого та часть ноги, что ниже бинта, наверняка лишится кровоснабжения и ткани омертвеют. Спасибо вам, Михаил Захарович, за помощь, — выронила я иронично и попыталась стянуть «больную» ногу с его колена.

— Стоять, — проявил Михаил Захарович командирский тон, обхватил мою лодыжку пальцами и вернул мою обратно себе на бедро. — Поврежденной ноге лучше некоторое время находиться в покое и чуть выше уровня всего тела. Так что лежи, если еще не передумала с плясками. Или тебе не даёт покоя второй пока еще стоящий шкаф?

Как маленькая обиженка я скрестила руки на груди и отвернула лицо в сторону выключенного телевизора. Когда я его последний раз включала? Когда Мира приезжала, наверное.